Я много размышлял о первопричине мироздания и тому подобных вещах. Однажды я подумал, что этот мир ложен, и только Ишвара – реален. А я был Ишварой. Подобно человеку, которому снится сон, я всего лишь воображал, что страдаю. Когда сон завершится, я посмеюсь над этой иллюзией Ишвары. Далее, решил я, только я являюсь творцом. Я часто забывал собственное положение и тогда испытывал эти страдания. Затем у меня родилась мысль о том, что я являюсь Ишварой, а это (страдания) – моя лила. Своим могуществом лила порождала все заблуждения и забвение.
В старом здании жил отец дяди Парашурама Акхил Мустафи. По утрам он садился и читал Веданту. Затем, развязав качу (заднюю часть дхоти), он повторял калму (мусульманскую молитву). После этого он вставал на колени и поклонялся Ишваре как христианин. Он не питал никакой веры в глиняных богов-истуканов. Многие говорили, что он очень мудр, а другие утверждали, что он не настоящий христианин. Однажды я явился к нему с вопросами. По его словам, только Ишвара является Пурушей. Веды знают Его, как Брахмана, Коран – как Аллаха, а Библия – как Бога. Я поверил ему. Он предостерёг меня от общения с Парашурамом, который, по его словам, был атеистом.
Его сын Парашурама Мустафи изучал юриспруденцию. Сперва он питал некоторую веру в Ишвару. Позже он стал отвергать идею Ишвары. Пока он верил в Ишвару, у него было два ученика – Рагху Мама и Насу Мама. После того, как он отказался от веры в Ишвару, Рагху Мама и Насу Мама приняли своим гуру Рамамохана Раю. Я пребывал в состоянии крайней растерянности. Я был простодушен и имел множество вопросов.
Я видел все эти расхождения во мнениях, и мой ум был неспокоен. Парашурама Мама сказал мне: «О, баба, всё происходит из Природы. Природа и есть Ишвара. Нет ничего, помимо Природы». Слыша все эти суждения, я обращался к ученикам Бхаттачарий, но их ответы запутывали меня ещё больше. Поскольку все эти заключения не были окончательными, я никогда не оставлял имя Рамы, которое изгоняло страх перед духами.