В нашем небольшом молдавском городке люди пошли работать в «кооперативы», которые занимались производством
«ширпотреба». Родители жены создали свой небольшой бизнес, связанный с грузовым транспортом, а мне предложили работать шофёром. Но я смог убедить всех, что мне стоит закончить учёбу в политехническом институте, который, к тому времени, переименовали в университет. Антону было полгода, когда я вернулся в Одессу на пятый курс. Всё это время я, как и обещал, ни разу не упомянул жене об Израиле, но мои мысли были заняты только им. Первым делом, я написал письмо деду Давиду с просьбой прислать, нам троим «вызов» для гостевой поездки. Я был уверен, что Оленька, увидев жизнь в Израиле своими глазами, поменяет своё мнение. Всё так и получилось – древнейшая колыбель всех религий произвела на мою жену огромное впечатление.
Мы приехали в Израиль по гостевой визе на месяц, и Ольга постепенно, день за днём, влюблялась в эту маленькую и, в то же время, уникальную страну. Первая встреча была непонятной – горячий и влажный воздух обвалок её при выходе из самолёта. Я наблюдал за своей женой, которую раздражал восток, и которой было чуждо всё, что связано с иудаизмом. На моих глазах Оленька меняла своё отношение к еврейскому народу – такому колоритному и многоголосому, благодаря выходу из стран с разными традициями и культурой. У Израиля есть уникальная способность – постепенно проникать в душу и сердце человека. Но то, что произошло со мной, тяжело описать словами – меня накрыло сразу, как волной, из-за сильной энергетики этой земли обетованной. Мне вдруг всё стало своим: и эта жара; и буйное цветение; и вечное в своей безмятежности Средиземное море; и бездонное небо Галилеи, плавно переходящее в Кинерет – национальный запас пресной воды; и мировая лечебница – Мёртвое море, которое умеет оживлять; и холмы Самарии, окрашенные в оливковый и серый – краски древнего мира.