Я совсем забыл про эту операцию по удалению аппендицита, которую действительно делал военный хирург в звании майора, служивший долгое время в Афганистане. Официальный вывод советских войск был запланирован на 15 февраля, но перераспределение специалистов началось намного раньше. Так, наш «мясник» – как мы нежно его называли, попал служить в больницу Ленинска, где проходили предстартовое обследование все космонавты. Мы – это больные «палаты № 6», в которой действительно находились странные пациенты. Одним из наших ярких представителей, был молодой боец – «дух», проходивший службу в строительном батальоне – «стройбат». Его сослуживцами были, в основном, выходцы с Кавказа и наш «дух», не выдержав издевательств, прогладил горсть швейных иголок. Накануне моего визита с воспалённым аппендицитом наш хирург целый день извлекал тонюсенькие иглы из его брюшной полости и внутренних органов. Об этом я узнал на следующий день и понял причину, столь грубого приёма у «мясника». Боли у меня начались в первой половине дня, но я, не придав этому значения, оставался в штабе нашей части и лишь отправил «посыльного» в «санчасть» за активированным углём. Таблетки не помогли и я, скрюченный от рези в животе, потащился к главному медику нашей площадки. Он сделал мне анализ крови дважды с небольшим перерывом и с грустью в голосе сообщил, что количество лейкоцитов быстро увеличивается и что мне нужно срочно в больницу. По ухабистой дороге в Ленинск меня так растрясло, что на приёме у хирурга я не мог точно сказать, где и как ощущаю боль. А за пару дней до этого, друзья побрили меня на лысо как «духа», в честь армейской традиции, которую приводят в исполнение за сто дней до приказа главнокомандующего об увольнении в запас. Поэтому на вопрос «мясника»: «Что, надоело служить? Домой захотелось?» – я
встал, скрипя зубами, и со словами – «Да пошёл ты…, у меня сто дней до приказ» – направился в сторону раздевалки. Уже, как сквозь сон, я услышал приказ майора: «Этого брить и на операционный стол!».