Все моментально рухнуло, как карточный домик. Наверное, как защитный рефлекс, мой мозг ввел меня в сильнейшую апатию. Я набрал телефон друзей моей сестры, которые жили неподалёку в «кибуце». Это была семейная пара музыкантов из Ленинграда. Он известный композитор, она неизвестная, но очень
талантливая певица. Их старший сын родился в «совке», а младший был уже «цабар» (местный), как и мои дочурки. Мы часто приезжали к ним на выходные, меняя шумную жизнь мегаполиса на загородную сельскую обстановку. Весть о том, что Тами выставила меня на улицу, шокировала их. Женины друзья нашли мне временное жилье, будучи уже членами коммуны – им полагались условия для приема гостей. Я поселился в пустующем караване на окраине кибуца. Настроение было паршивое, все попытки договориться о встрече с женой заканчивались провалом. Я извинялся, не зная за что, обещая измениться. Я объяснялся ей в любви… Но все было тщетно – Тами говорила монотонным голосом о том, что всё кончено и назад дороги нет. Её адвокат составил договор об условии развода, который мне нужно было подписать. Одним из требований, был запрет о посещении Таминого дома. В «мои дни», детей я встречал и провожал у входа во двор. Моей младшей тогда было полтора года, и каждый раз, расставаясь, у меня комок подходил к горлу, когда Тами пыталась отцепить ее ручонки, крепко обхватившие мою шею. Возвращаясь в кибуц, я пытался найти в себе силы, начать все сначала, и с каждым днем мне было сложней это сделать.
Переломным моментом, в этот тяжелый период жизни, стала встреча с парнем, прикованным к инвалидной коляске. Мы встретились в кибуце на бассейне, я помог его старшей сестре переместить Дамира в воду. Неподвижной у него была только нижняя часть тела, поэтому в воде он легко справлялся в сам. Этот парень чудом остался жив. Белорусские врачи были бессильны, остановить быстрый рост опухали в его позвоночнике. Для этого требовалась сложнейшая операция, которую осуществили израильские врачи. Познакомившись поближе, я был шокирован тем оптимизмом и положительной энергией, исходившей от того голубоглазого блондина. Благодаря еврейским корням они с сестрой получили израильское гражданство. На средства по инвалидности, получаемые от государственного страхования, они снимали квартиру в Ашдоде и приобрели большой автомобиль, предназначенный для водителя «колясочника». Дамир играл за баскетбольную сборную для инвалидов и был почётным членом «рок лаборатории». Его друзьями по двору были уже известные к тому времени солисты группы «Би-2», он переписывался в