Но вернемся, слава Богу,
На Истории Дорогу.
Бог Аврааму слал приветы,
Выдавал ему Заветы,
И грозил ужасным мором
И Содому, и Гоморре:
– Там в чести разврат и грех!
Изничтожу скопом всех!
Но тебя не накажу, —
Добродетель пощажу!
Вот Авраам собрал народ:
– Братья! Сохраним наш род!
И уйдем скорей, ребята,
В те края, где нет разврата!
– Ну, Абраша, ты и скажешь, —
Крикнул Шломо-баламут. —
И куда идти прикажешь?
Ведь разврат – и там, и тут!
– Горе вам! – Авраам ответил. —
Рассуждаете, как дети!
Вижу, вижу призрак мора,
Здесь – не Божья благодать.
Там, где есть Содом с Гоморрой, —
Там евреям не бывать!
Мы такому и не рады,
Их разврат – нам чуждый бренд,
Никогда не смогут гады
Пропихнуть свой гадский тренд!
Всем к утру покинуть сукки,
И тихонечко – бежать!
Мы таки Адама внуки, —
Значит, надо уезжать!..
***
Как-то так оно и вышло:
Вечно комом первый блин,
И закон – всё то же дышло,
И куда ни кинь – всё клин.
***
Жене вниманье уделяя,
Не забывай и прочих дам.
И помни, что, в Раю гуляя,
Ходил налево и Адам!
Авраам. «Стервы и Нервы». Хеврон, изд-во «Финик и Эмик», V век до Н.Э.
Так стал Авраам героем народным,
Да вот беда – была Сарра бесплодна,
Хоть в лоб ее бей, хоть по лбу ударь…
Но спасла положенье служанка Агарь.
К Аврааму ночами служанка ходила,
И – вот сюрприз! – родила Измаила.
Сарра за то покарала девчонку, —
Прогнала и бесстыдницу, и мальчонку,
Сарра, мнительная дама, вмиг устроила Аврааму истерическую драму. Мол, в любовном он угаре сделал бэбика Агари. Обернул он дело в шутку: я бастарду не отец! Ну, и выгнал проститутку. Нет, конечно, молодец. А Агарь – какая жалость! – долго с Изею скиталась. Но Аврааму не досталось: Бог простил такую шалость. Ну, и мы всё упростим: Бог простил, – и мы простим.