Другой принёс чашу, расписанную цветами, положил в неё челнок и спрашивает: «Выбирай, правитель, куда пойдём: к розам или к лилиям?»
Третий советник взял самую простую чашу, безо всякой росписи. «Раз это челнок, – говорит, – значит, плавать должен.» Налил в чашу воды, пустил челнок, тот сразу носом на север и повернулся.
Компас показывает на север. Слово «ориентирование» (ключевое для философии) содержит в себе «восток». Но сама человеческая потребность в ориентировании намного шире, глубже и выше любой географической устремлённости.
Потребность в ориентировании свойственна всякому существу, не только человеку, однако только у человека она охватывает, кроме всего остального, и углубление в свой внутренний мир, и тягу к духовным высотам.
Все знаменитые философские вопросы – что такое жизнь? что такое человек? для чего мы живём на свете?.. – побуждают нас обратить внимание на главные для нас проблемы, на выбор своего отношения к ним, своего пути среди них.
А значит – обратить внимание и на иерархию явлений, с которыми мы имеем дело. Чтобы ориентироваться в главном, необходимо ориентироваться и в том, что же для нас главное.
Впрочем, философию (точнее, философствование) можно развивать или диагностировать повсюду. Можно обсуждать «философию муравейника» или «фмлософию улья», можно построить стройную и эффектную «философию бирюлек» или «игры в бисер». Но скорее всё-таки именно от такого рода философий (точнее, философствований) – от философии неглавного – как раз и нужно спасаться.
Страна бесчисленных подробностей
Грентий Грен нашёл однажды в земле на огороде обрывок древнего пергамента. Там было написано какое-то незнакомое слово. Прочитал Грен его вслух – и вдруг очутился в неизвестной стране. «Ха! – подумал он. – Как же теперь отсюда выбраться?»
Смотрит Грентий Грен: повсюду указатели висят. Полегче ему стало. По указателям ведь всегда куда-нибудь доберёшься. Вот только указателей было по сотне на каждом столбе – попробуй найди среди них что-нибудь полезное.