Это откровенный камень в огород почившей в бозе советской власти. Но самое интересное, что власть-покойница тому же Харатьяну передала бесценное сокровище – его славу популярного артиста. Чтобы это понять, достаточно сравнить его роли в кино в период с 1977-го по 1991 год и роли при нынешнем режиме – это же небо и земля. Понятно, что Свинья – знак по большей части безыдейный и ей хорошо там, где сытно кормится. Однако иной раз все-таки не стоит забывать о своих истоках. В противном случае Свинья может превратиться в Свинтуса.
А вот что рассказала в одном из своих интервью («Комсомольская правда», 21 января 2010 года) Марина Майко:
«Я считаю, что в нормальной семье должны быть взрывы эмоций. Не скандалы – мы же воспитаны в интеллигентных семьях. Но мы люди творческие – и Дима, и я, и даже наш ребенок Ваня. У нас все происходит эмоционально, шумно… Так что мы не идеальная семья. Главное – умение выслушать своего мужа, любимого человека. И попытаться его понять, учесть его желания. Люди проявляются в экстремальные моменты. Для меня Дима – еще и друг. К нему можно пойти в тяжелую минуту за советом. И он поможет, выслушает, поддержит и будет всегда на твоей стороне.
Я часто Диму хвалю. И не только его, но и нашего ребенка, и Димину дочь от первого брака. В жизни столько негатива. А хорошие слова стимулируют людей… Мне даже мама говорит: «В кого ты такая мудрая?»…»
Да ясно же в кого – в Собаку! Читаем в ее гороскопе: «Собака обладает прекрасным качеством – она умеет довольствоваться тем, что имеет. При этом она очень умна и даже в известной степени цинична. Естественно, она не носит «розовых очков», не пытается идеализировать этот мир, а принимает его таким, какой он есть».
В мае 2010 года на российском ТВ состоялась премьера сериала «Вера, Надежда, Любовь», где Харатьян впервые в своей киношной карьере играл… 84-летнего старика. Причем играть своего героя актер начинал в 30 лет, а дальше на глазах телезрителей он старел до указанных выше лет. На грим актера каждый раз уходило по часу. На него накладывали усы, парик, латекс, от которого лицо сжимается и меняется до неузнаваемости. По словам Харатьяна: