«Он первый про меня по телевизору – фильм назывался «Все о тебе», то есть о Мордюковой, – сказал: «Нонна, я виноват, что перепутал твою жизнь. Прости… Я хорошо к тебе отношусь, и все пустяки». Я довольна была, что он сказал такое. Поэтому взяла и ему позвонила… Из больницы. Говорю: «Славочка, дорогой, я тебя очень уважаю и посылаю тебе большой привет и спасибо, что ты вспомнил обо мне. Я тоже твою жизнь запутала, дорогой, не обращай внимания на то, что было, – что было, то уплыло. Все равно ты был первым, ты и последним остался для меня». Поздравила, что родилась у него двойня – внуки его. Давно, правда. Все как-то по-теплому говорили. И сказала еще: «Очень целую тебя в щечку». Он говорит: «Спасибо». Я: «Спасибо, Славочка, и тебе тоже»…
Развелись мы в 1963 году. И все эти годы – 45 лет – ни разу друг с дружкой не поговорили…
Я каждый день о нем вспоминаю. Как мы учились, как впервые на свидание пошли. Воспоминания… От них никуда не денешься. Все это меня согревает. Потому что это детство и юность. Все же у нас со Славой была семья. Больше у меня уже не состоялось семьи. Я каждый день его вспоминаю и благодарю в душе.
А потом я ему еще написала письмецо. Маленькое такое: «Слава, была очередь большая, никак не соединяли с тобой. Так я решила написать… Что было, то было, а осталось только хорошее. А плохое не хочется вспоминать, оно у каждого бывает…»
Спустя два с половиной месяца после публикации этого интервью – 6 июля – Нонна Мордюкова скончалась. Причем приближение смерти она почувствовала заранее. И в марте 2008 года попросила свою родную сестру Наталью отвезти ее на Кунцевское кладбище к сыну – Владимиру Тихонову, который ушел из жизни в 90-м году. Спустя несколько дней после этой поездки Мордюкова вновь легла в ЦКБ. В апреле ее выписали домой, но уже в следующем месяце – 23 мая – ей снова стало плохо и она снова угодила в «кремлевку» с диагнозом «деменция». И живой оттуда уже не вышла.