Караченцов о своих тогдашних взаимоотношениях с кинематографом вспоминает следующим образом: «Я вел какие-то дурацкие «Огоньки», спрашивал: «Сколько вы надоили?» А на «Мосфильме» сомневались: «Может ли вообще Караченцов играть положительные роли? Или только бандюг?» Помню, один из руководителей тогдашнего телевидения говорил мне на каком-то банкете: «Коля, если бы вы знали, как мы вас любим! С любой студии приходит заявка, и если мы видим фамилию Караченцова, сразу говорим «за», потому что знаем: это будет хорошо». Но перед этим я своими глазами читал заключение по пробам на картину: «Никуда не годится актер!..»
Это сегодня, спасибо судьбе, я могу выбирать. А тогда я, как дурак, ночь не спал, напомаживался… И сидел с бодуна какой-нибудь второй режиссер, смотрел, не понимая, зачем он меня позвал. Я это чувствовал. «Нате, читайте сценарий. Мы делаем фотопробы и вам потом позвоним». И почти никогда не звонили…»
Пока на кинематографическом фронте у Караченцова царило затишье, он играл в театре. И там роли следовали одна за другой: Карабанов в «Колонистах», солдат в «Прощай, оружие», кот Базилио в «Золотом ключике», Колька в «Суджанских мадоннах», Костя в «Музыке на одиннадцатом этаже». А потом наступил 1974 год, который принес в творческую карьеру Караченцова значительные перемены: он сыграл свою первую главную роль в театре и первую заметную роль в кино. Начнем с первого.
В 1973 году к руководству «Ленкомом» пришел режиссер Марк Захаров (13 октября 1933 года, Весы-Петух). С Караченцовым у него гармония лишь по месячным знакам. Как написано в гороскопе: «Между Скорпионом и Весами дружба маловероятна, зато возможно деловое партнерство. Весы могут прекрасно оформить идеи Скорпиона и направить его энергию в нужное русло». В итоге практически сразу Захаров назначил Караченцова на главную роль – Тиля Уленшпигеля – в спектакле «Тиль». Впрочем, поначалу у режиссера была идея сделать спектакль с двумя исполнителями роли Тиля. Вторым должен был стать Андрей Миронов. Но тот, увидев, как работает Караченцов, от роли отказался.