В сентябре того же года Серовы получили отдельную квартиру в Лубянском проезде (до этого в ней жил Маршал Советского Союза Александр Егоров, который вскоре после ареста был расстрелян). В конце года Валентина забеременела.
В свободное от полетов время Серов всегда находился при жене. Его любимой поговоркой была такая: «Когда пилот не летает, он гуляет». Молодые ходили в театры, посещали рестораны, закатывали шумные вечеринки у себя дома. Свою жену Анатолий называл ласковым прозвищем Лапарузка (говорил, что она напоминает ему пролив Лаперуза).
Вспоминает А. Серова: «Я встречалась с Валентиной в их доме в Лубянском проезде, 17. Утром приедешь, Толи нет, а она по телефону с кем-нибудь болтает и всех своих коллег-артистов ругает последними словами. Вообще-то она выпивала уже, но тогда еще слегка. Привычка еще до свадьбы, наверное, возникла. Ну, все мы выпивали. И Толя, конечно. Особенно на всевозможных встречах. У них и в гостиной на столе, и в кабинете у Толи всегда лежали пригласительные билеты – в Дом кино, в Дом литераторов, в клуб мастеров искусств…
Мы не были с ней задушевными подругами. Она всегда была занята, ни минуты свободной: то театр, то съемки. Я иногда ночевала у них, но никогда не знала, придут ли они вечером или под утро. Мне кажется, Валя зазналась уже тогда. Муж у нее – такой большой человек, она – такая известная актриса, а мы с сестрой Надей кто? Учительницы.
Любовь у них с Толей была безумная. Он очень ее любил, это было очевидно. И она его, конечно, любила. Но и ругались тоже. Я слышала. Но, сами знаете, милые бранятся, только тешатся. Он очень скучал без нее, если она уезжала. Но и самого его никогда дома не бывало. Он обедать, можно сказать, прилетал. Входит в дверь, та-та-та, смеется, рассказывает, что там у них нового. Поест и – обратно, на службу…»
При Серове Валентина все-таки не так пила, как после, и иной раз даже сама прятала от мужа выпивку (тот был большим поклонником «зеленого змия»). Однажды она нашла его заначку – бутылку водки – и перепрятала ее в валенок. Серов сунулся – бутылки нет. Он к жене: «Где?» Та в ответ: «Не знаю». Тогда он схватил топор и погнался за нею. Пришлось отдать.