Они вернулись. Вечеринка была в самом разгаре. Со сцены, неумело поигрывая бейсбольной битой, сверкая костюмом со стальным отливом и налакированным ирокезом, поливал гостей остросатирическими помоями Максим Ледокол Бахматов. Он, видимо, порядком устав, истощил запас словесного поноса, обделав этим, значительное количество присутствующих и не знал, на кого бы ещё переключиться, чтобы с честью, под бурные аплодисменты, покинуть сцену, уступив её Верке-Сердючке с её «мамой». И тут-то он увидел Валерия с Вероникой. Раскрыв рот для того, чтобы осмеять обоих, но не найдя у них явных физических и интеллектуальных недостатков, а также видя их счастливые лица, он, безнадёжно вздохнув, обречённо сказал в микрофон:
– Глядя на эту великолепную пару, хочу задать вам вопрос: а не будет ли у нас сегодня на этом дивном вечере конкурса на лучшую пару? Есть очень серьёзные кандидаты на победу. Спасибо! С вами был Ледокол Бахматов.
Он ушёл не только под свою обычную фонограмму, но и шквал аплодисментов. Правда, было трудно понять, ему ли аплодисменты, или нашим героям. Скорее, и ему и им… Ему – за дельную мысль и выступление, конечно, а им – за то, что они красивы и счастливы.
Справедливости ради, нужно сказать, что ощущение счастья прочно засело в Веронике, после непродолжительного диалога на балконе. Голова кружилась от выпитого шампанского и ещё от какого-то необъятного, глобального счастья.
Потом выступали разные артисты, поэты, писатели-сатирики, певцы и музыканты. Вероника с Валерием танцевали, пили шампанское и говорили друг другу комплименты. Вечеринка закончилась под утро. Они ехали на такси. Машина, наконец, остановилась возле дома Вероники.
– Спасибо за праздник, Валера. Никогда у меня такого не было, спасибо тебе… Знаешь, несмотря на прекрасный отдых, я смертельно устала…
На скамейке, возле подъезда, сидели какие-то подозрительные субъекты, помятые и, явно не опохмелённые. Увидев их, Валера сказал:
– Я провожу тебя, Ника.
Вероника, увидев приблудную «элиту» на скамейке, возражать, не стала.
Они вошли в квартиру. В квартире пахло живыми цветами.