Адам смотрел на Монику, лежащую внутри саркофага, и думал о том, что у него появилась надежда, что после ритуала она станет бессмертной, как он. То, что для большинства было бедой, могло для него обернуться удачей. Если же ритуал окажется бесполезным, то все будет зависеть только от Моники. Какой выбор она сделает: предпочтет ли умереть или жить как кровопийца пусть даже с любимым мужем, но без надежды на прощение Бога, было неизвестно. Это обстоятельство заставляло Адама мучиться сомнениями и не спать ночами. Он смахнул с глаз непрошенные слезы. В его голову пришла неожиданная мысль о том, что не надо было бы об этом волноваться, если бы в саркофаге лежала его бывшая невеста. У той не возникло бы никаких сомнений относительно обретения бессмертия любой ценой. За этими невеселыми думами его застали Тихон Алексеевич и Изабелла. Изабелла подошла к Адаму, обняла его и сказала ласково:
– Надо надеяться на лучшее.
Тихон Алексеевич кивнул в знак согласия с мнением жены и пожал руку Адаму.
В высших сферах
– Это по твоему наущению несчастный Джакобо набросился на Монику, – спросила одна светлая сущность у другой.
– А если бы и так, разве не должно быть в этой невыносимо сладкой мелодраме ноток горечи. Изысканность любого творения, в том числе, и конструирования жизни подопечных, определяется чувством меры ответственного архонта. Тебе не кажется, что сбивание в кучу порядочных людей вокруг единого центра напоминает монополизацию морали одной частью общества в ущерб другой. Такой дисбаланс непременно вызовет возмущающие общество колебания. Светлые личности должны быть равномерно распределены по всему социуму, в этом смысл их существования. Так они смогут принести наибольшую пользу общественному развитию.
– И в этом служению обществу, я полагаю, их ждут насмешки и, даже, побои.
– Добродетельная жизнь трудна, она по определению не может быть легкой. Но хотя бы крупицы золота должны доставаться всем, а не только избранным
– Тогда эти крупицы золота будут просто затоптаны в грязь и не достанутся никому.