Это изменение во взглядах Рассела обозначают как переход от «метафизики суждений» к «метафизике фактов».↩︎
Сюда же относятся проблема пустых имен, проблема значения в неэкстенсиональных контекстах и др. Подробнее см.: [Смирнова, Таванец, 1967, с. 3–53].↩︎
В работе «Философия логического атомизма» Рассел предлагает и другое обоснование, почему определенные дескрипции не являются именами. Возьмем, к примеру, предложение тождества «Скотт есть автор “Веверлея”». Если «автор “Веверлея”» является еще одним именем для Скотта, то указанное предложение должно быть тавтологией, как и «Скотт есть Скотт». При подстановке вместо «автора “Веверлея”» какого-то другого имени, скажем «Китс», мы получим ложное предложение «Скотт есть Китс». Следовательно, при любой подстановке имени вместо «автор “Веверлея”», мы получаем либо тавтологичное предложение, либо ложное, а так как предложение «Скотт есть автор “Веверлея”» таковым не является, то «автор “Веверлея”» – не имя. Кроме того, указывает Рассел, поскольку имена произвольны, синонимичность «Скотта» и «автора “Веверлея”» является терминологическим решением, однако нельзя решить посредством терминологического выбора вопрос о том, является ли Скотт автором «Веверлея» или нет.↩︎
Начиная с 1940-х годов Рассел возвратился к своей первоначальной позиции, о чем свидетельствует его книга «Исследование значения и истины» (1940).↩︎