Мы отошли довольно далеко от ворот и сели на снегу. Я плакала, не переставая. Он гладил меня по голове, а я рыдала, словно ребенок.
– Я знаю, как тяжело ты это переносишь, – говорил он, – но мы решили немаловажную проблему. Я избавился от многих забот.
А ты нашла друга там, где не могла и предположить.
Со стороны ворот раздался дробный топот. Впереди бежали, радостно лая, собаки. За ними неслись черные всадники. Из переметных сумок их седел свешивалось что-то белое. Среди черных силуэтов выделялся один белый. Высокий человек сидел прямо, глядя вперед, в сторону высоких стен Белого города, и его лицо было белым как снег, таким же, как волосы, развивающиеся в такт движения коня.
Кажется, Эдвард нашел дело, которому стоило посвятить жизнь.
Часть 6. Южные ворота
Тени и пятна превращаются в образы определенным усилием воли, словно наводишь резкость в телескопе, тогда можно увидеть то, что недоступно глазам. Голубые и зеленые пятна сложились в узор из зеленых треугольников на бледно-голубой стене.
Я посмотрела направо – коридор уходил в никуда. В мерцающем свете стен треугольники казались почти черными. Голубой пол из упругого полупрозрачного материала совсем не скользил под ногами. Между зелеными узорами тянулась вереница дверей. Высотой с человеческий рост, более узкие, чем на Земле, они так плотно утопали в стенах, что отличались от них только более светлым оттенком.
В коридоре царила торжественная гулкая тишина больших залов или старых библиотек. Время сдвигалось, плыло сквозь меня, словно вода. Я видела неясные смутные фигуры, заполнявшие коридор за мгновение до того, как вошла в него, призраки, которых спугнуло мое появление. Они двигались, разговаривали, проходили сквозь двери, из-за которых бил свет или сочилась тьма. Жизнь, которая кипела и бурлила в этих стенах, затаилась, дожидаясь, пока я уйду.