– История этого рода очень древняя. Собственно говоря, они не являются в полном смысле жителями ада. Они живут у Северных ворот с тех пор, как еще не существовало рая, и ад оставался единственным миром. Северные ворота сейчас почти не используются, потому что эта часть вселенной практически вымерла. Гончие гонятся за душами попавших сюда совсем не из-за желания их смерти. Они ищут любви.
– Что ты сказал?
– Любви. Света. Они пытаются найти в людях свет, который бы согрел их собственные души. И не находя его, впадают в ярость. У тех, кто вошел сюда через Северные ворота, есть надежда покинуть ад, но они не понимают этого. Им нужно пойти навстречу своему преследователю, и, открыв свою душу, поделиться с ним хотя бы искрой света. Такая пара, человек и гончая, пройдя через ад, смогут покинуть его. Но пока этого не случалось.
– А что произошло с ними? – спросила я, указывая на волков.
– Они приняли твой свет, и изменились. Как видишь, это произошло только с шестерыми.
– Что же мне теперь с ними делать?
– Оставь их здесь. Они должны испытать себя, вдруг их изменения временны.
– Но, с ними может что-нибудь случиться. Плохое.
– Иисус тоже ушел, оставив своих учеников, – ответил он насмешливо. – Может быть, он хотел проверить, так ли они привержены его учению. Испытание всегда лежит в основе праведности…
Я вернулась.
Я все же вернулась, чтобы забрать их. Наверное, я поступила глупо, но мне казалось, они погибнут. И почти оказалась права. Я нашлаих измученными и искалеченными, но такими же, какими оставила. Один из волков был сильно ранен. Мне пришлось соорудить волокушу из обугленных черных веток, скрепив их серыми жесткими листьями травы, торчащими кое-где из-под ледяной корки. Сатана не противился, но и не помогал мне. Он шел рядом, наблюдая, как я и остальные волки тянули волокушу, я руками, мои помощники – зубами.
– Вы можете выйти через Западные ворота, – только и сказал он.
Когда над нами уже разгорался свет, он спросил тихо:
– Ты вообще понимаешь, что делаешь?
– О чем ты?
– Еще никто и никогда не покидал ада. Все, что здесь находится, принадлежит мне.