– Думаешь, мне стоит бросить затею написать эту книгу?
– Ты ее уже написала, дитя, и даже не заметила этого. Сколько ты исписала тетрадей?
– Двенадцать.
–Ты можешь рассказать то, что никто не знает, заставить их увидеть то, что никто не видел. Как ни мало осталось чудаков и мечтателей, но ради них, девочка, закончи то, что начала.
– А вера?
– Вера умирает, дитя мое. Она стала прибежищем отчаявшихся. Сильные, смелые, молодые и дерзкие ушли от меня, потому что мир, вселенная манят их сильнее призрачных картин будущего, сияющих или мрачных образов рая и ада. Они верят, что существует жизнь и смерть, но тот, кто создал вечную, переменчивую реку их существования, для них только персонаж комиксов.
Я переместился в комиксы, потому что потерял их уважение. Я не спонсор, не даю им денег и не знакомлю с нужными людьми. Я даже не могу зажечь новогодний огонь на елке, не говоря уже о том, чтобы презентовать эту самую елку вместе с подарками им на Новый год. Я стал посмешищем, оттого перешел в разряд парий, в который входят бомжи, мечтатели, нищие на паперти, смешные школьные учителя, говорящие о вечном, и верующие, приносящие в храм последние копейки.
Я стал чужим на планете Земля.
– Я ничего не смогу изменить.
– Да и не надо. Полным-полно, в самом деле, желающих изменить это. Но тот, кто действительно преуспел, мало думает обо мне.
– О Боге?
– Не называй меня так. То, что было хорошо тысячелетие назад, неприемлемо сейчас, дитя мое. Я перестал быть Богом этим людям.
Теперь я просто зритель, сидящий в темном зале, на сцене которого идет последний спектакль сезона. Я – единственный зритель, потому что всем уже до смерти надоело это представление, и все ждут не дождутся новой постановки.
Но я все еще люблю этот спектакль. Я сам ставил его когда-то. Я подбирал костюмы и выписывал характеры, создавал маски и сочинял диалоги. Я плакал и смеялся над куклами, когда они впервые открывали глаза, учились говорить и ходить. Я учил их азбуке, дитя, той самой азбуке, о которой ты так стремишься поведать. И не моя вина, что они почти все забыли.