Глава 4
Путь души.
«Ты имеешь право лишь на действие, но не на его плоды. Пусть не будут для тебя побудительной причиной плоды действия, но и не привязывайся к бездействию».
Бхагавад-гита, глава 2, стих 47
Сразу отмечу: я не являюсь сторонницей теорий реинкарнации и контрактов души. Это не означает, что я отрицаю данные концепции или эмпирические исследования в их поддержку, но мне не кажется, что эти теории действительно объясняют глубинный смысл человеческого существования. Более того, в отличие от трансгенерационной психологии, подобные духовные учения, как правило, ставят человека в позицию пассивного наблюдателя, чья главная задача – смириться со страданиями, отказаться от эго и в конечном итоге стремиться к «освобождению» от земного пути.
В этих подходах отсутствуют реальные инструменты трансформации. Основная идея – принятие неизбежного и уход от личной ответственности за свою жизнь.
В противоположность этому, модель Анн Шутценбергер и её последователей предлагает активный путь – работу с родовыми сценариями, возможность их осознания и изменения. Здесь человек представлен как участник, а не наблюдатель, способный переписать внутренние программы, передающиеся через поколения. Но и данная теория не показывает всей полноты структуры личности и смысла жизни.
Теории реинкарнации, контракты души и некоторые восточные философии описывают человека как существо, которое ещё до рождения выбирает себе опыт на Земле, заключая договорённости с другими душами. Считается, что все обстоятельства жизни – заранее предопределены и являются либо наказанием за прошлые поступки, либо наградой за добродетель. На мой взгляд, это чересчур бинарная модель мышления, чтобы объяснять реальность столь сложного и многомерного масштаба.
Майкл Ньютон в своей известной книге «Путешествие души» описывает опыт людей, вспоминавших свои прошлые воплощения в состоянии регрессивного гипноза. Это помогало им избавиться от самых разных проблем – от хронических болей неясного происхождения до психоэмоциональных страданий. Более того, они вспоминали не только свои прежние жизни, но и существование между смертью одного тела и следующим воплощением. Все участники описывали схожие переживания: чувство возвращения домой, пребывание в пространстве покоя и света, встречи с наставниками – духовными фигурами, у которых были имена. Они вспоминали, как выбирали себе будущую семью, условия жизни, людей, которых встретят на своём пути. Почти все говорили, что не хотели покидать то безмятежное пространство.
Меня бы это всё, безусловно, потрясло, окажись я на месте Майкла Ньютона и услышав сотни таких историй собственными ушами. Его вклад в изучение темы души бесценен, но при более глубоком анализе у меня возникли вопросы: почему опыт космического уровня подаётся в структурах линейного мышления – с прошлым, настоящим и будущим? Почему у наставников человеческие имена и иерархические роли? Почему они мыслят законами земной логики?
Изучая квантовые подходы, я столкнулась с внутренним конфликтом – когда квантово-нелинейное мышление вступает в противоречие с линейно-антропоморфными концепциями духовных учений, таких как у Ньютона. Однако это противоречие объяснимо. Многие исследователи, независимо друг от друга, описывали схожие воспоминания и околосмертные переживания. Отрицать факт наличия феномена было бы глупо. Я и сама однажды пережила мистический опыт отделения от тела. Это не был околосмертный случай, а скорее сон – но с абсолютно реальными эмоциональными ощущениями.
Во сне умершая родственница показывала мне, что такое «рай» и «ад», но не визуально – а через ощущения. Она сказала, что если я поступлю определённым образом в реальной жизни, то окажусь в «раю», и указала вверх – туда, где в небе открывался светящийся тоннель. Я подлетела к нему, но не вошла. Чем ближе я приближалась, тем сильнее становилось ощущение – это было нечто неописуемое: эйфория, радость, безграничное счастье – настолько яркие чувства, что ни до, ни после я ничего подобного не переживала. Могу привести человеческую метафору неописуемости этого чувства – «дух захватило». Я устремилась туда, но мне сказали, что моё время ещё не пришло, и показали другую сторону – «ад». Он не был страшным в привычном смысле: это было чувство бесконечной, ноющей неизбежности – не страдание, не боль, а нечто новое, что-то что примерно подходит под метафору – «Не нахожу себе места», но в самом крайнем проявлении. После этого сна я сделала выбор – такой, каким меня просили его сделать во сне.
Теперь – объяснение. Наш мозг не способен принять и интерпретировать информацию, находящуюся за пределами трёхмерного мира. Мысли человеческого подсознания выражаются земными символами, а не категориями квантовых полей. На восприятие влияет культурный контекст, историческая эпоха и личные убеждения. Это своего рода «коды», с помощью которых наше сознание переводит трансцендентный опыт в понятные образы. Поэтому мозг упаковывает внеземные проекции в линейные нарративы – с ангелами, гидами, раем и адом.
Карл Юнг посвятил жизнь исследованию архетипов – универсальных моделей, через которые человек воспринимает и организовывает внутренний и внешний мир. Именно архетипы, а не реальные существа или события, проявляются в наших снах, видениях и состояниях регрессии. Все описываемые внеземные состояния и существа – это проекции мира, который мы не в состоянии понять таким, каким он является на самом деле.
Перевод мистических переживаний на квантовый язык
Большинство духовных концепций – это попытка мозга адаптировать многомерную реальность к бинарной логике. Когда пациенты Ньютона видят гидов, а я во сне – «рай» и «ад», это не обязательно означает, что они существуют буквально. Это, скорее, способ ограниченной человеческой психики проецировать абстрактные паттерны квантового поля в понятные, антропоморфные образы – чтобы было проще взаимодействовать с этой информацией.
В квантовой модели всё устроено иначе:
– нет гидов – есть нелокальные информационные паттерны;
– нет линейного времени – есть суперпозиция всех состояний сразу;
– нет отдельных душ – есть единое поле сознания;
– нет прошлых жизней – есть параллельные, наслаивающиеся состояния личности;
– нет кармы – есть нелинейная причинность, где следствие может влиять на причину;
– нет родовых сценариев – есть квантовая наследственная запутанность.
А то, что называют «выбором души» и «контрактами» – это, с точки зрения квантовой физики, проявление резонанса между паттернами на уровне поля.
Когда говорится, что душа выбирает себе семью, то с позиции квантовой модели это означает, что волновая функция коллапсирует в конкретный узор наследственной запутанности. «Духовные наставники» – это когерентное поле информации, проецируемое психикой в персонализированную форму, чтобы с ним можно было выстроить диалог.
Обо всём этом я подробнее расскажу в следующей главе – и объясню, зачем вообще погружаться в такую терминологию, и как она может помочь на практике.
За и против теорий о предопределённости
Итак, подытожу: суть теорий о бессмертной душе сводится к тому, что всё в земной жизни уже предопределено – якобы душа, ещё до рождения, вместе с наставниками выбирает будущие обстоятельства, исходя из опыта прошлых воплощений. А поскольку в теле мы не помним, кем были и что «натворили», то и не осознаём, что именно искупаем и за что расплачиваемся в этой жизни. Мы не знаем, какие ошибки не стоит повторять и что нужно делать, чтобы заслужить «награду».
Фактически, человек в этих концепциях представлен как пассивное существо, чья задача – пройти заранее выданную программу. Некий небесный кастинг распределяет роли, а человеку остаётся лишь доиграть свою. Всё многообразие личности сводится к ограниченному сценарию, в котором высшие силы имеют полную монополию на смысл, контроль и результат. Это лишает сознание человека главного – свободы.
Для многих такая концепция достаточно удобна, ведь она снимает ответственность, позволяет не принимать смелые и сложные решения и искать ответы на вопросы. А зачем? Всё уже предопределено: «в прошлой жизни я наверное кого-то обидел и теперь должен терпеть обиды от других в наказание за содеянное»; «я сам выбрал этот путь ещё до рождения, значит так должно быть». И получается, что ответственность лежит всегда на ком-то или чём-то внеземном, но только не на человеке здесь и сейчас.
Эти учения почти полностью игнорируют суть сознания. А ведь частица «со-» в слове «сознание» не случайна – она указывает на соучастие, сотворчество. Свести возможности сознания к какому-то внеземному выбору вне тела и линейного времени – значит обесценить сам смысл пребывания на Земле.
Да, восточные учения дают сознанию хоть какую-то роль. Например, в буддизме оно способно освободиться из сансары через восьмеричный путь. Но этот путь предлагает мало практической свободы. Он основан на идее, что правильные действия приводят к освобождению от страданий и достижению нирваны – состояния, которое описывается как конец, угасание, выход. Но где здесь ясность? Какие ошибки исправлять, как отказаться от привязанностей, и зачем, если сама жизнь наполнена ими?
Индуизм чуть ближе к сути: он говорит о слиянии с Брахманом (Абсолютом) и постижении Атмана (души). Но даже здесь сохраняется та же линейность – путь, цель, финальная точка. Зачем к этому стремиться, почему это «хорошо» – остаётся не вполне понятным.
Не буду уходить в дебри. Суть ясна: человек в этих системах – существо низшего порядка, которому надо отречься от земного, чтобы заслужить вечное. А где же тогда свобода воли? Почему мы должны страдать и искупать, не понимая, в чём суть той самой судьбы, которую будто бы сами выбрали?
И вот здесь я хочу сказать то, что, казалось бы, полностью противоречит всему вышеописанному: всё это – правда. Эти теории тоже верны. Но только если смотреть на них с другой позиции.
Я предлагаю вам заглянуть в мир, в котором даже в предопределённости есть свобода. Где родовые сценарии и контракты души не отменяют, а создают условия и потенциал для свободной воли. Где со-знание – это не просто наблюдатель, а со-творец. Где человек – это малое отражение Божественного, наделённое правом менять и преобразовывать своё бытие.