Указующий путь
Не мёртвую книгу, не слово живое —
Я слушаю пламень, живущий в груди.
В его повелениях жизнь мою строю,
Как ангел. Молю: и в нощи, светоч, бди,
Когда мной владеют пустые мечтанья.
В огне справедливость, предвечный закон —
В молитве полыменной, благоуханной.
Горю – и блюдёт меня в Правде огонь,
Нечаянно праву земному переча.
Обычай ярится. Огонь свят и тих:
Он знает, что пламень его бесконечен…
Пусть правда полымени людям претит —
Любви, справедливости вне словопрений,
Канонов… – Всё блажь. Только ярый огонь.
В нём истина. Каждый пылающий – гений.
Как óболонь, нежен и твёрд, будто бронь.
Огонь – поводырь. Им объят – и спокоен.
Стопы на твердыне. Путь ровен и чист.
О сердце, перечить Земле не стыдись:
Огонь твой Всевышним любовно намолен.
Неисцелимая, небесная
Спасибо, Всевышний, за всё, что случилось,
Хоть было чудовищно, больно оно.
Сии испытанья – великая милость.
Их вынес – и сердце в весь мир влюблено.
И нудит любить поперёк осмысленья
Убийц земной жизни и самоубийц,
Любовью срамя власть кощунного тлена:
Разжегшись, любовь не имеет границ.
Ей разум враждебен. Его попирая,
Недееспособна, безумна, смешна,
Любовь – это качество горнего рая.
Она еретична, срамна и грешна.
В бесстрастии дивном, в бездействии странном,
Без воли, желаний, в святом полусне,
Злит мир, находясь пониманья за гранью,
Святыни сует понуждая тускнеть.
Любовь – сонмы солнц, пусть духовных, незримых.
Но мир всё равно, морщась, жмурит глаза.
А я, ей исполнившись, счастлив блистать —
Любовью презренной и неисцелимой.