своей жизни. Ему было трудно принимать важные
решения в настоящем, и его беспокоило то, что он тратил массу энергии на
одни проекты и слишком мало на другие. Одни его инициативы казались ему
плохо подготовленными, другим. наоборот, он слишком много уделял внимания.
Однажды вечером в гостях у отца был замечательный актер, известный
своими ролями на сцене и в кино. Он был моим героем, и я с удовольствием
слушал его истории.
Поздно вечером один из гостей попросил его открыть секрет своего
необыкновенного искусства. 'Ну хорошо, — сказал актер, — довольно странно,
но я многому научился в молодости. задавая всем один и тот же вопрос.
Мальчишкой я любил цирк — красочный, шумный, экстравагантный и волнующий. Я
воображал себя на арене в лучах прожекторов, раскланивающимся рукоплещущим
трибунам. Это было изумительно. Одним из моих кумиров был канатоходец в
одном известном цирке на колесах, у него было необыкновенное чувство
равновесия и изящества на высоте. Как-то летом я подружился с ним и был
очарован его искусством и окружавшей его атмосферой опасности, он редко
использовал страховочную сетку. Однажды в конце лета я ходил грустный по
поводу того, что цирк собирался покинуть наш город, Я отыскал своего друга,
и мы просидели до темноты. В то время все, чего я хотел, — это быть таким
же, как он, я хотел выступать в цирке. Я спросил его, в чем заключался
секрет его искусства.
'Во-первых, — ответил он, — я отношусь к каждому своему проходу по
проволоке как к самому важному проходу в своей жизни, как к самому
последнему проходу, и я хочу, чтобы он был самым лучшим. Я планирую каждый
свой выход на арену очень тщательно. Многие вещи в своей жизни я делаю по
привычке, но выступление в цирке не из их числа. Я внимательно отношусь к
тому, что я ношу, что я ем, как я выгляжу. Я мысленно проигрываю каждое
выступление так, как будто оно прошло успешно: прежде чем выйти на арену, я
представляю себе, что я буду видеть, что я буду слышать и что ощущать.
Именно так я избегаю всяких неприятных неожиданностей. Кроме того, я ставлю
себя на место зрителя и воображаю себе, что он будет видеть, слышать и
чувствовать. Я продумываю все это заранее, еще на земле. Когда же я стою на
высоко натянутой проволоке, я об этом уже надумаю, и все мое внимание
направлено вовне.
И хотя это было не совсем то, что я хотел услышать от него в то время,
я навсегда запомнил то, что он сказал.
— Ты думаешь, я не теряю равновесия? — спросил он меня.
— Я никогда не видел, чтобы ты терял равновесие, — ответил я.
— Ты ошибаешься, — сказал он. — Я постоянно теряю равновесие. Я просто
удерживаю его в определенных границах. которые установил для себя. Я бы не
смог идти по проволоке, если бы постоянно не терял равновесие, раскачиваясь
сначала в одну сторону, затем в другую. Равновесие это не то, что вы можете
иметь подобно тому, как клоун имеет клоунский нос, это состояние
контролируемого движения то в одну, то в другую сторону. Когда мой выход
завершается, я вновь проигрываю его мысленно, чтобы увидеть то новое, чему
бы я мог научиться на этом опыте. Затем я забываю о нем.
— В своем деле я руководствуюсь теми же самыми принципами, — сказал мой
герой.
В заключение я хотел бы предложить вам историю из книги Джона Фаулза
'Маг'. В этой милой истории есть очень много про НЛП, но помните, что это
лишь один из способов толкования. Мы оставляем ее на суд вашего подсознания.
ПРИНЦ И МАГ
Однажды давным-давно жил юный принц, которым верил всему. кроме трех
вещей. Он не верил тому, что существуют принцессы, не верил, что существуют
острова. и не верил в Бога. Его отец, король, говорил ему, что таких вещей
не существует. Поскольку во владениях отца не было никаких принцесс и
островов и никаких признаков Бога, юный принц верил своему отцу.
Однажды принц убежал из своего дворца. Он пришел в соседние земли.
Здесь, к своему удивлению, он с любого берега видел острова и на этих
островах странные и волнующие создания, которым он не осмеливался дать имя.
В то врем я как он искал лодку на берегу, к нему подошел мужчина в смокинге,
гулявший вдоль берега.
— Это настоящие острова? — спросил юный принц.
— Конечно, это настояние острова, — ответил человек в смокинге. А эти
странные и беспокойные создания? Все