Обсуждение этой проблемы идет по трем направлениям. Во-первых, на основании грамматики: здесь требуется один субъект, а не два, как и в параллельной конструкции 1 Пет. 1:3, где «Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа» – это одно Лицо: Бог-Отец, а не два. Во-вторых, на основании контекста: когда Петр употребляет слово «Спаситель» в данном послании (1:11; 2:20; 3:2,18), он всегда связывает его с другим существительным, относящимся к тому же Лицу. В-третьих, на основании богословского аргумента: «Нет ничего невозможного в использовании Петром во Втором послании термина theos («Бог») по отношению к Иисусу, и такое употребление не требует датирования этого послания вторым веком» (Bauckham (1983), р. 169).↩︎
Символ Веры Афанасия Александрийского.↩︎