О, Запой! О великое чудо природы! Только тщедушному обывателю не дано понять, что являет собою это состояние, в которое входишь через неделю-другую, когда уже не идешь, а плывешь по улице и тебя слегка покачивает ветром. На весь мир ты смотришь не из себя, а откуда-то оттуда, из-за зеркала, из самого астрала, и тебе уже кажутся смешными их заботы и проблемы, которые, оказывается, разрешаются хорошими глотками вина. Исчезают семья, работа, дети, обязанности – все те камни и путы, которыми связывает и обвешивает тебя общество. Ты выходишь из зависимости от дат и чисел и занимаешь пограничную зону между Бытием и Небытием. Этакое лезвие ножа, этакий узенький мосточек над пропастью, дойдя по которому до середины, замираешь с занесённой ногой: и назад уже нельзя, и вперед страшно, а идти нужно, потому что сзади осталось старое, многое из которого разрушено – дом, семья, работа – и остается с тобою только то, что дано тебе Богом. Это талант, который, пройдя очередное горнило запоя, становится еще ярче, многограннее, выразительнее и значимее так же, как алмаз превращается с каждой новой гранью в бриллиант.
Но это дано не каждому. В настоящий запой – ни в коем случае не путать с обыкновенной пьянкой, пусть даже и беспробудной, – впадают только талантливые от Бога личности, чье искусство призвано служить людям. История хранит все их имена. Поэтому, перейдя наконец на другой берег и оставшись голым и босым, без земных устоев и опор, человек включает свой талант и снова входит в этот безумный, безумный, безумный, Безумный мир.
И люди прощают ему временный уход от них. Возвращается женщина, работа, музыканта зовут играть, художнику заказывается картина, поэта просят написать заздравную оду, а актера сыграть Гамлета или Дона Хуана.