Дети дружно засмеялись. Варфоломей сидел с унылым видом, низко опустив голову.
– Дети, тихо, – строго сказал учитель, – нельзя смеяться над товарищем. Варфоломей – упорный мальчик, и он добьётся своего, будет лучшим учеником в школе. Теперь скажите мне, как вы поняли прочитанное.
Руку поднял мальчик постарше:
– Учитель, я не понимаю слова «воды дошли до души». Он что, тонет?
– «Воды» означает здесь обилие бедствий, «до души» – значит «жизни». Бедствия Давида так многочисленны, что угрожают его жизни.
– Учитель, а можно мне спросить? – нетерпеливо протянул руку соседний мальчик.
– Спроси, – сказал учитель.
– А как это можно – отдать то, чего не отнимал?
– Это значит, что приходится отвечать за то, чего не делал. Настоятельность и неусыпность своей молитвы к Богу Давид оправдывает горячим исповеданием перед Ним своей невинности и тяжести бедствия. «Ведь Ты, Господи, знаешь всё моё поведение и мои грехи, знаешь поэтому, как незаслуженно то, что я терплю». Сие вам понятно?
– Понятно, – ответил хор голосов.
– Читаем далее, – учитель перевернул страницу и продолжил занятия.
Уроки длились ещё часа два с небольшими перерывами. В конце занятий учитель, как всегда, дал ученикам очередное наставление:
– Дети, мы с вами учили Заповеди Господа нашего Иисуса Христа, и мы ещё много раз будем к ним возвращаться. Вы все должны их хорошо помнить и всегда исполнять. Сегодня я расскажу вам ещё одну мудрость, которой всегда надлежит следовать. Взята она из одной старинной византийской книги, написанной на греческом языке. Там сказано: никогда не желайте и не ищите мщения; всегда будьте готовы помочь брату в опасности, даже рискуя собственной жизнью; уважайте своих родителей выше всего; уважайте старость и защищайте тех, кто слабее вас. Твёрдо запомните это, дети.
Увидев, что дети устали, учитель отпустил их. Радуясь вольной жизни, мальчики дружной ватагой выскочили из школы и побежали по домам. Улица огласилась их звонким смехом и боевыми возгласами, которые постепенно затихали. Вскоре дети, как горох на столе, рассыпались по своим дворам, весёлый гомон стих, на улицу вернулся обычный сельский покой.