ставят отметки и хвалят, употребляя примерно те же эпитеты,
которыми награждают школьные учителя своих учеников. Высокие эгрегоры дают
общую положительную оценку (что-то вроде «неплохо» или «хорошо»), и наконец,
самые высокие эгрегоры вообще не хвалят (и не ругают), а обозначают лишь
окончание программы действий человека, т.е. как бы ставят за нее «зачет», но
сопровождают его очень высокими энергетическими вибрациями, которые снимают,
казалось бы, безнадежные внутренние зажимы и переводят человека на более
высокий энергетический уровень существования.
Однако искушение велико, и если человек хотя бы частично верит дракону,
последний обретает над ним власть, несравнимую с властью дракона над
человеком со средней энергетикой. Сначала человек мечется, повинуясь уже воле
голодного дракона, а не своего высокого эгрегора, а потом постепенно вовсе
теряет высокое служение и фактически из последних сил кормит огромного
паразита, целиком подчиняясь его воле — мания величия, хотя иногда частично
социально адаптированная, т.е. человек может быть более или менее социально
адекватен, но очень неприятен в общении и фактически имеет дело только с
теми, кто безоговорочно подчинен аппетиту его дракона.
Крупная свинья.
«Тебе не кажется, что ты в последнее время много работал, — звучит
внутри человека мягко укоряющий голос. — Тебе нужно отдохнуть, развлечься…
может быть, просто полежать или съесть что-нибудь вкусное, не думая ни о
чем». — И действительно, — думает далее человек, как ему кажется, сам, —
сколько можно вертеться как белка в колесе, не зная ни отдыха, ни срока,
беспокоясь все о других да о других. ПОРА ПОДУМАТЬ О СЕБЕ.
Последняя интонация звучит уже совсем не уговором — фактически это
приказ, поскольку свинья эгоизма сейчас вдвое крупнее своего хозяина. В этот
момент чувства долга, признания, обязательность и прочие качества, не дающие
человеку остановиться в своей работе, отчетливо отступают на второй план,
гонимые острым чувством обиды, которую отлично можно разглядеть на морде
свиньи: она и в самом деле смертельно обижена на хозяина, который столько
времени держал ее в черном теле (что для свиньи хуже, чем просто метафора).
И если человек решает хотя бы ненадолго пойти на поводу у свиньи, а у
него этот соблазн несравненно сильнее, чем у среднего человека — ведь он
действительно что-то собой представляет, много в жизни потрудился и сделал
для человечества — так вот, если этот человек идет на поводу свиньи, то