Возвращение Теодориха в Паннонию во взрослом возрасте заново открыло эту вечную банку с червями, коей являлось наследственное право. Пока что власть делили три брата из рода Амалов, а когда старший из них погиб, бразды правления перешли к следующему по возрасту. Однако в поколении Теодориха такие договоренности были неприменимы, хотя он имел по меньшей мере одного брата – Тиудимунда. На мой взгляд, ясно как божий день, что Тиудимир использовал спор насчет перемещения на Балканы, чтобы представить второстепенным вождям свое решение текущей дилеммы наследования: его старший сын, недавно прибывший из Константинополя и одержавший победу над сарматами, должен быть предпочтен своему младшему брату. Никакие сомнения не обсуждались до решающего момента, так как Тиудимир не мог позволить себе потерять слишком много воинов, имея в виду грабительское вторжение на Балканы Восточной Римской империи, но хорошо спланированный ход сработал. Видимир (как до него Беримунд в предыдущем поколении) отправился на Запад, освободив Теодориха от необходимости доказывать собственные права, и взял с собой лишь небольшое число своих сторонников (возможно, лишь свою семью – ведь у него все же был сын, что являлось еще одной причиной для Тиудимира и Теодориха желать его ухода – и личную охрану, численностью не превышавшую нескольких сотен человек). Эти беженцы больше не фигурировали как независимая единица и вынуждены были поступить на службу к королю вестготов Эвриху в Галлии27. Это завершило драматический переворот, начало которому положило возвращение Теодориха из Константинополя: вопрос наследования был решен, и паннонийские готы готовились к переходу по римским дорогам на Балканы, открывшиеся перед ними благодаря захвату Теодорихом Сингидунума.