Бато молчал. Он словно смотрел в одну точку, и, со стороны было не понятно: толи он дремлет с открытыми глазами, толи размышляет. А может быть, с огнем общается.
– Бато, ты спишь? – переспросил его Сергей, подсел поближе и попытался заглянуть ему в глаза.
Тот резко отдернулся, как будто испугался чего-то.
– Тута я тута! Не видишь что ли? – Смотрю вот на огонь, мысли свои очищаю. Помогает он мне: в голове порядок наводит, – сказал Бато и начал накручивать на указательный палец.
– Ты чего там крутишь? – удивился Сергей.
– Да так, ничего, – отмахнулся Бато.
– Ну, серьезно! Мы же вместе, на одном плоте поплывем. Должны знать друг про друга.
– Предчувствие у меня не хорошее, Серёга. Что-то мы не то делаем.
– А чего пальцем крутишь?
– Да, в детстве, видал я разных, призраков темных и светлых. Пугали одни меня, а другие играли со мной. Я поначалу взрослым рассказывал, а они мне не верили. Говорили, фантазирую. А я не фантазировал, я их реально видел. Но никто кроме меня их не замечал. Только бабушка соседская как-то научила. Сказала мне так:
– Ты, говорит, чтобы призраки эти, тёмные, во сне в нижний мир не утащили, ниточку привяжи за палец, а вторым концом за кровать. Потащут они, если, – нитка дернется на пальце, ты и проснешься. Тогда ничего плохого и не будет.
С тех пор, когда сомнения, или когда мне боязно – привязываю ниткой за палец.
– И как, помогает?
– Помогало, до этих пор, – сказал Бато и затих. Он снова уставился на огонь.
Сергей собрал расползшиеся угли и подложил свежих дров. Разгорелся костер, растрескался сучками, осветил уставшие лица.
– Живой он, – чуть слышно сказал Бато.
– Чего? – не понял Сергей. – Громче скажи.
– Живой огонь, – так же тихо сказал Бато. – Смотрит на нас, – оценивает.
– Слушай, давай спать уже, а то померещится чиво-нить, сам не обрадуешься. Крути скорее свою нитку, да пошли. Завтра сплавляться будем, – силы потребуются и ясная голова.
– Как старики говорили в таких случаях:
День – для живых людей, а ночь – для мертвых, и для темных духов.