Хоть и зябко было поначалу, в трусах одних шлепать по камням с рюкзаками, но все равно в движении да на солнце согрелись путники. Дошли они до крутого спуска. Остановились. Не сподручно спускаться вниз без одежды. Если оступишься вдруг, полетишь, – весь обдерешься. Постояли, посмотрели на пейзажи захватывающие, на ледник еще раз глянули – изумились величием природным.
Сухое достали из рюкзаков. Одели кто чего смог, и поползли по крутому спуску вниз, до самого уступа с тропой. Пока ползли, все по измазались в глине да в грязи. Из чистого зубы одни белые, да белки в глазах, остальное все серое или черное.
Речка вечер и костер
Спустились с крутого спуска, передохнули немного и дальше пошагали, по знакомой тропе, вниз до самой речки. Ближе к вечеру были на месте. Достали из-под коряги поплавки от плота. Подтащили их к берегу. Поставили палатку, развели костер. Вещи мокрые развесили рядом, на припасенной заранее веревке.
Бато сготовил ужин, тарасуну ребятам накапал вместо капель медицинских, чтобы организмы застуженные поправить.
– Давайте все к столу. Денек у нас выдался …, да… – Бато осекся на полуслове.
– Ладно, тебе, – поддержал Сергей. – Тут мы дома, палатка у нас, если что. А день был хороший: все, что хотели – увидели, куда сходить собирались – сходили. Теперь отдыхаем до завтра!
– Серёга, а давай я думать буду, а ты за меня говорить! – сказал Бато, наливая суп.
– А чего ты? – удивился тот.
– Так я запнулся, а ты мои мысли собрал и все их выговорил! – он поднял кружку с «лекарством», капнул на огонь, пробурчал себе под нос и выпил.
– Вот эгоист. Нас даже не пригласил, хоть бы тостом поделился, – схохмил Сергей, повторяя все за Бато.
Молчавший доселе Андрей повторил за ними.
Сава глянул на старших и потянулся за своей кружкой.
– А тебе рано тарасунить, ты подрасти сперва, – сказал Андрей сыну. – Давай, вон, суп свой наворачивай.
В тишине послышался стук ложек о тарелки.
– Голод, понимаешь, – не сват деликатный! – Если схватит, – то не отпустит, пока не насытится, – сказал Бато прихлебывая жирным бульоном