На следующих выходных решили потолочину поменять: – раз уж взялись делать, то все до конца надо довести!
Потолочину перебрали: опилки на ней промокли, и щиты просели от времени. Балки, как ни странно, оставались целыми.
Пришлось все выгрести в огород, щиты по новой сколотить и на них засыпать опилок сухих с пилорамы. А сверху, как Михеич сказал, глины положили, и водой глиняной пролили. Глина всю влагу вытянула и высохла, стала монолитным слоем. Ничего теперь не разлетается, и тепло лучше сберегает. Для искры, случайной, потолочина безопасная стала.
Так за пару недель баньку подновили, стала, она, как новая у Андрея.
Михеич по случаю, полог свежий изготовил, да скамейки сколотил.
– Ровные они, шлифованные, не занозишься на таких, отдыхай – не хочу! – говаривал плотник своему товарищу.
Уважал Михеич Андрея, – помогал тот ему.
– Ежели дров из лесу привезтить или землю вспахать в огороде, – не к кому обратиться окромя него! – говорил Михеич про молодого тракториста.
Хороший опыт получился для Савы. Столько работы новой переделал, столько тонкостей узнал. Не каждый день доведётся баню перебирать.
Бывало время, просился парнишка поработать с дядей Мишей – деревенским сварщиком.
Андреев друг любил Саву как сына своего. Учил его делу сварочному, обмазкам и электродам. Показывал как прямой шов варить, как боковой, наклонный, как потолочину. Сава месяц практиковался на ремонте, – считай, начальный уровень прошел.
– Уж наляпать-то как попало и прислюнить завсегда сможет, – говорил про своего ученика Михаил.
– А с годик потренируется, – понимать начнет в сварочном деле
Андрей хвалил за это Саву, поощрял по-отечески:
– Смотри, мать, какой сын у нас растет, – весь в меня!
А супруга его недоумевала:
– Зачем мальчишку так нагружаешь, мал еще для тяжелой-то работы. Вот надорвешь его, а потом сам рад не будешь!
На что Андрей ей отвечал:
– Ладно тебе ругаться! Мужик растет – не девчонка! Самостоятельный, – сам же обучаться хочет! Зачем порыв у него отбивать? – А я помогу, подскажу как лучше.