Накатывались смутные девяностые с множеством поездок по стране. География моих перемещений в 90-е просто невероятная. От Ашхабада до Соловецких островов и от Калининграда до Южно-Сахалинска… По хорде Сурмико мы перемещались от Находки до Ленинграда. Иногда бешеный ритм жизни был таким – ночь в пути – рабочий день в громадном городе – и снова вокзал… И всё время школы, школы, школы… Игры, игры, игры…
Собственно о чём это мы? Да о том, что мне с зарождения присуще подсознательное желание перемещаться в пространстве. При этом именно в моменты перемещений я испытывал максимальный комфорт от пребывания на планете. То есть движение – это то, что мне просто присуще. Не потому ли из всех видов спорта больше всего меня привлекал именно марафонский бег? Многие годы я ежедневно пробегал по десять, пятнадцать, двадцать километров. В 1969-ом году мой годовой набег дошел до семи с половиной тысяч километров. В 1970-ом я приближался к девяти тысячам километров… В общей сложности с 14 до 17 ти с половиной лет я «набегал» половину земного экватора…
При этом я никогда не испытывал дискомфорта от трудностей и рисков, неизбежно сопровождающих походы, пробежки и поездки. В вагонах поездов дальнего следования я провёл так много времени, что это уже можно считать маленькой параллельной жизнью… И вот теперь меня осенило, что я по своему духу – кочевник. Не скотовод, не землепашец, а именно кочевник. Ведь даже деление всех типов образования на два основных – академическое и лицейское (перипатетическое) – это деление на кочевников и оседлых. В моей личной жизни случилось так, что даже когда я готов был жить на одном месте (Фоминский) мне этого не позволили обстоятельства места и времени. Бог видимо хотел, чтобы я путешествовал. Вот из этих бесконечных странствий я и «привёз» больше тысячи своих песен… Собственно это всё, что у меня есть… И ещё воспоминания о фантастически красивых людях, о людях потрясающих, запредельных, почти космических… И я не знаю, как это передать словами… Так скуден мой запас слов, так невыразительна моя речь… Но как истинный Олиго, я буду стараться. Чтобы Вам, дорогой мой читатель, досталась хотя бы доля этих ощущений от себя, от планеты и от века, в котором довелось нам жить…