Я ЧЕЛОВЕК
Странно устроено подсознание. Оно хранит в закромах памяти сотни тысяч историй, увиденных, услышанных, прочитанных. И порой во снах выдает переработанную до неузнаваемости новую версию. Но стоит её написать, как найдётся человек, который точно узнает и завопит: плагиат!
Мы жили в некотором закрытом то ли лагере, то ли комплексе. Там было всё, что необходимо для жизни. Мы были опять-таки, то ли солдатами, то ли добровольцами. А скорее и тем и этим. По крайней мере, военные там ходили. Вокруг нашего лагеря простирался враждебный океан, наполненный мутировавшими морскими тварями. То есть теми тварями, которых пустили за ограждение. Там дальше, по нашим данным тварей было гораздо больше. А те, что есть нужны были для отработки навыков стрельбы. Но самое важное, в первую очередь мы дали добровольное согласие на вмешательство в собственные гены. Чтобы приобрести необходимые качества для выживания в агрессивной среде. Ради отчизны, ради всего человечества. Все к этому стремились, даже жаждали, когда же наступит их очередь. Все, кроме меня. Я не хотел превращаться в нечто, хотел остаться человеком. Тем более, что у меня были самые низкие показатели и в тире, и в рукопашном.
Так вот, я точно помню, что была похожая история, названия не помню, так же как и автора. Так что моя история, это не копирование, это другая версия похожего случая, нашедшего воплощение через сон. Да, мои сны часто яркие и сюжетно связаны.
Но вот настал момент, когда пришел запрос, и меня позвали на самую высокую точку лагеря. Я поднимался не спеша, будто впервые отмечая, что перила (пандус) страной конструкции, плавные, будто вырезанные из цельного материала. Тогда как другие части лагеря вполне себе человеческие. Начальника лагеря я видел редко, и решил просто с ним поговорить, основываясь на своих результатах. Зачем я им такой нужен? Пусть списывают с волчьим билетом, или штраф назначают. Не имею желания воевать. У меня там, на материке, брат младший остался. Надо за ним присмотреть, обучить.
Начальник меня внимательно выслушал, сказал «надо же» и всё равно попросил присесть на подготовленное ложе, другой мебели в комнате не имелось. Чтобы перепроверить данные. Но стоило мне присесть, как захваты опутали тело. И начальник своим поведением стал меня пугать. Мне показалось, что на фоне всех этих экспериментов он спятил. Он назвал меня не много не мало «вторженцем», захватчиком, инопланетной сволочью. Я попытался воззвать к его голосу разума, напоминая, кто я и откуда пришел. Назвал адрес и упомянул брата.
– Брата? На самом деле, это мои воспоминания и мой брат. Их вам специально внедрили, чтобы вы возомнили себя людьми и добровольно шли сюда.
– Что со мной будет?
– То же, что и с остальными. Ты покажешь свою истинную суть. Станешь самим собой, но будет поздно.
– Но я не хочу никем ставать, – не верил я ему. – Я человек.
Но он уже меня не слушал, вогнав в вену какую-то зеленую бурду, погожую на ту, что была в океане.
Я изо всех сил пытался сопротивляться. Я человек.
…а дальше я проснулась.