Аналитики уже называли новую работу писательницы бестселлером.
— Пожалуйста, пожалуйста, для Любы Степановой!
Или для Люси!
К столику пробилась рыжеволосая девушка с маленьким вздернутым носиком, и перед писательницей возник очередной томик в кричащей суперобложке.
— Ваши книги, они такие… такие… — девушка заготовила фразу заранее, но сбилась и теперь пыталась придумать что-то связное на ходу. — Я недавно поняла, что все, о чем вы пишете, — правда! Чистая правда! Ой, я такого страху натерпелась, и меня спас настоящий полицейский! Такой симпатичный! Это так реально!
— Я рада, что вам понравилась моя работа, — дежурная фраза, дежурная улыбка, дежурное движение авторучкой. — Многие мои сюжеты имеют реальную подоплеку.
— Я об этом и говорю! Это все правда! И это так захватывает! Я без ума от ваших книг!
— Благодарю.
Писательница дежурно улыбнулась следующему любителю ее романов, и перед ней лег следующий томик в кричащей суперобложке.
— Спасибо! Спасибо большое!! Рыжеволосую девушку оттерли от столика, но до писательницы еще долго доносился ее голос:
— Владик, подай мне еще вон ту книгу! Владик, где сумка! Мы же договаривались, что-ты займешь очередь в кассу.
Иногда так бывает: из какофонии звуков толпы долетает только чей-то голос…
***
Путешествие через портал оставило самые приятные воспоминания. Ощущение легкого, стремительного полета полностью поглотило Артема, едва не заставив позабыть все неприятности последнего времени.
Сделав несколько шагов, Артем оказался в огромном зале, стены которого плавно переходили в густой мрак, или, наоборот, это тяжелая темнота плавно переходила в каменные стены.
— Пожалуйста, проходите, — попросил Ортега.
Следом за Артемом из портала вышел мокрый рыжеволосый мужик с хмурым взглядом, а за ним целый выводок рыжих, пинавших перед собой семерых красноголовых. Затем появился человек (наконец-то, человек!), которому Артем по-настоящему обрадовался. Кортес. К одной его руке приклеилась Яна, а к другой — Лана. Выглядел наемник довольным, как пьяный с хомяк.
— Кортес!
— Артем! Рад тебя видеть, дружище!
Артем посмотрел на фею и с удовлетворением увидел на ее скуле огромный синяк:
— Ты ее повязал?
— Никто меня не вязал, — недовольно буркнула Лана.
— Артем, Лана нам помогла, — пояснила Яна. — Она оставила Амулет в своей машине, Ортега забрал его и доставил великому магистру.
К своему удивлению, Артем почувствовал облегчение от того, что у феи не будет неприятностей. Он еще хранил память об упоительно горьком поцелуе.
— Ты оставишь мне номер телефона?
Лана прищурилась, и в глубине изумрудных глаз зажглись маленькие озорные огоньки:
— Возможно.
Последними появились Сантьяга и барон Мечеслав. Видимо, комиссар достал его из шахты.
Портал закрылся, мрак сгустился еще больше, и только три кресла оказались освещенными слабым призрачным светом. Центральное, на правах хозяина, занимала фигура в бесформенном балахоне с низко надвинутым на глаза капюшоном. Князь Темного Двора. Справа от него сидела королева Всеслава, а слева — великий магистр. Это был один из редчайших случаев в истории Тайного Города, когда все высшие маги собрались в одном месте.
— Красные Шапки, — негромко произнес князь, и рыжие вытолкнули пленных вперед.
Семь малорослых бандитов, съежившихся и насмерть перепуганных. Один из них, одноглазый, прошептал:
— Пощафы.
— Они сдались сами, — прокомментировал вездесущий Ортега. — И выдали голову моего убийцы. Замечу также, что клан Шибзичей не принимал участия в нападении на Замок.
Князь посмотрел на великого магистра:
— Достаточно ли Красные Шапки заплатили Ордену?
— Вполне, — помолчав, решил старик.
— Королева?
— Не думаю, что мы должны истреблять эту семью.
— Согласен, — произнес князь, — Красные Шапки имеют право на существование, но должны помнить, — пленные еще ниже опустили головы, — что любому терпению может прийти конец.
Дикарей увели.
— Наемники.
Видимо, большие вожди хотели разобраться с чужаками и уже потом спокойно обсудить свои дела.
— Кортес, Яна и Артем, — представил Сантьяга. — Они прекрасно поработали и внесли существенный вклад в разрешение кризиса.
— Темный Двор умеет быть благодарным, — глухо проронил князь. — Своими действиями челы заслужили честь носить метку Темного Двора — знак нашей вечной дружбы.
— Значит, полицейские ошиблись?