психушки сбежали.
— Ты такие случаи искал в архиве?
Ответить Андрей не успел.
— Опять, — прошептал лейтенант.
Около серебристого «Мустанга», припаркованного рядом с полицейской «Волгой», образовалось еще одно черное облако. Ошарашенные корниловцы безмолвно наблюдали, как из него спокойно вышел высокий, подтянутый мужчина в темно-синем костюме, открыл дверцу автомобиля и достал с заднего сиденья маленький черный рюкзак.
— Остановить его? — неуверенно спросил Шустов.
Корнилов отрицательно покачал головой. Мужчина закрыл дверцу, подмигнул сидящим в «Волге» полицейским и вернулся в облако, которое мгновенно растворилось в воздухе. Улица вновь опустела.
— Мы его знаем? — недоуменно покрутил головой Сергей. — Кириллыч, кому из нас он подмигнул?
— Точно не мне, — Корнилов покосился на Васькина. — Пришел в себя, студент?
— Ага, — проскулил Владик и тут же пригнулся.
В шахте лифта взорвалась первая граната.
Увидев, что Любомир занят комиссаром, Лана ловко изогнулась, и ее острый локоток врезался Псору в лицо. Маленький слуга пошатнулся. Девушка вскочила и ударила его ногой.
— Хозяин!!! — отчаянно взвизгнул Псор, но Любомиру было не до него.
Поняв, что помощи не будет, раб из всех сил вцепился в фею и вытолкнул ее в зимний сад.
— Отстань, убогий!
Лана не собиралась убивать несчастного, но Псор наступал. Его раскосые глаза горели яростным огнем, а ладошки сжались в маленькие кулачки.
— Псор, опомнись, я же тебя убью!
Лана, еще не решившая, как поступить со взбесившимся рабом, сделала шаг назад и оказалась на винтовой лестнице, ведущей куда-то вниз.
— Оберег! — донесся из кабинета голос Вестника, и защитные системы колдуна пришли в действие. Стены задрожали, пол заходил ходуном, и все здание содрогнулось. Фея почувствовала, что теряет опору, лестница исчезла из-под ног, и девушка вместе с рабом рухнули вниз. Невероятным усилием Лане удалось по-кошачьи извернуться в воздухе и приземлиться более-менее пристойно, а обезумевший Псор, до последнего тянущий к девушке маленькие ручки, упал неудачно. С коротким, сухим треском его шея сломалась, и Вестник остался совсем один.
Шум на верхнем этаже нарастал. Там явно что-то происходило, но рыдания перепуганных пленниц мешали Яне разобрать доносившиеся голоса. Девушка собралась с духом и решила — пора.
Она раскусила маленькую пластиковую ампулу, скривилась (как ей и обещал Сантьяга, раствор разрыв-травы был очень горек), но, не обращая на это внимания, осторожно, экономя смесь, смочила слюной свои кандалы и тихо потерла ими друг о друга. Раствор с шипением въелся в закаленную сталь и за несколько мгновений превратил ее в труху.
— Как тебе это удалось? — удивленно прошептала Марина, но ответа не дождалась.
Освободившись, Яна внимательно прислушалась: сквозь издаваемые пленницами звуки до нее отчетливо донеслись шаги. Кто-то подошел к винтовой лестнице.
Любомир? Девушка присела, встречи с колдуном она опасалась. И вдруг здание содрогнулось, пленницы завыли, а со стороны лестницы раздался душераздирающий визг. Что-то мягкое шлепнулось на пол.
Яна осторожно выглянула из-за колонны. На полу, на том месте, где полагалось быть лестнице, сидела белокурая женщина в легкомысленном наряде и, жалобно поскуливая, потирала ушибленное место. Яна бросилась вперед и ловко ударила блондинку ногой в висок. Женщина без чувств рухнула на пол.
— Так с чем ты пожаловал? — угрожающе поинтересовался колдун.
— Я должен удалить вам сердце, Любомир, — объяснил Сантьяга. — Сердце Вестника — большая редкость в наши дни.
— Так же, как сердце нава, — парировал колдун. — Недавно мне доставили одно.
— К счастью, оно было фальшивым, — улыбнулся комиссар. — Ваши храбрые последователи убили куклу Ортеги.
Колдун покраснел.
Перебрасываясь фразами, соперники медленно перемещались по комнате, выбирая наиболее удобное для поединка место. Любомир, держащий в руке деревянный жезл, был похож на огромную белую крысу с пронзительными ярко-зелеными глазами. По сравнению с высоким Сантьягой он выглядел настоящим карликом.
— Меня не остановить!
Нав не отвечал. Не спуская глаз с противника, он вытащил откуда-то тонкий черный стилет и, выставив его перед собой, с мягкой, хищной грацией надвигался на колдуна.
Артема они не замечали. Стараясь, чтобы так оно и продолжалось, он отступил к стене и огляделся в поисках Ланы. Но увы! Она исчезла.
— Тебе не добраться до