наркотик.
— Я тебя щупал. Кости целы, и раны неглубокие. Ты поправишься.
— Все равно плохо.
— Зато у тебя нож хороший, — заключил охотник. — А у Чуй плохой нож. Сломался.
Помолчали. Кортес впитывал в себя стимулятор, а крысолов завистливо вертел в руке черный навский клинок. Каждый думал о своем.
— Бзик тоже смотрел нож, — сообщил последние новости Чуя. — Ему понравился. Так и сказал: «Хороший нож». Много мне завидовал.
— Тебе-то почему? — осведомился Кортес, не открывая глаз.
Он уже понял, что нож придется отдать, но пытался вяло сопротивляться.
— Ты ведь мой друг, — туманно пояснил Чуя. — А потом я первый увидел нож. Бзик позавидовал.
— Сколько времени?
— Скоро восемь утра, — ответил ос и со вздохом перевел взгляд на грязные стены Лабиринта.
Кортес медленно поднялся и несколько высокопарно произнес:
— Мы вместе бились, вместе проливали кровь. Прими этот нож, воин, в знак моей признательности и уважения к твоему мужеству.
Чем проще устроен мозг, тем больше напыщенности ему требуется для существования. Лицо охотника расплылось в детской улыбке, и он победно рубанул клинком воздух:
— Это поступок великого воина, Кортес. Хочешь, я подарю тебе свой лучший дротик?
Кортес поморщился:
— Лучше дай денег, мне надо позвонить.
— Позвонить? Пожалуйста.
Чуя вытащил из сумки мобильный телефон:
— Добыча!
За несколько минут ос вывел Кортеса к ближайшей станции метро и, помахав на прощание рукой, растворился в темных коридорах Лабиринта. Оставшись один, наемник быстро набрал номер.
— Это я, — Кортес привык, что на другом конце провода его узнавали по голосу.
«Скорее, по манере говорить», — мысленно поправил его Сантьяга, но в слух спросил:
— Амулет у вас?
— Нет. Артем оставил его в камере хранения на Киевском вокзале.
Сантьяга нахмурился:
— А где он сам?
— Была драка, — сухо ответил Кортес, которому очень не хотелось рассказывать, как он потерял Артема, — меня ранили…
— Он едет на вокзал?
— Скорее всего.
— Понятно, — Сантьяга на секунду задумался. — Для вас есть новое дело.
— Сейчас не могу, — угрюмо ответил Кортес, — нужно найти Яну.
— О ней не беспокойтесь. Я вытащил ее из Зеленого Дома, и она продолжает контракт.
— Что я должен делать?
— Надо найти одного чела, фотографа, — Сантьяга быстро продиктовал Кортесу имя и два адреса: студии и дома. — Как найдете, звоните мне. Я скажу, куда его привезти.
***
Москва, Киевский вокзал, 28 июля, среда, 07:59
— Я подожду тебя здесь, — сказала Лана, снижая скорость около здания вокзала. — А ты отправишься в камеру хранения и принесешь Амулет. Понятно?
— Да.
— Будь внимателен, там может быть засада. Сначала посмотри вокруг, а уж потом доставай Амулет. Если будет кто-нибудь подозрительный, немедленно возвращайся. Понятно?
— Да.
— И не нервничай.
— Хорошо.
Девушка нежно провела рукой по лицу Артема.
— Иди. Когда вернешься, я тебя поцелую.
Страсть вспыхнула в нем с новой силой.
— Я быстро!
Окрыленный Артем вышел из «Мустанга» и направился к вокзалу, живущему своей обычной, суетливой жизнью. Понедельник или суббота, утро или ночь — здесь ничего не менялось. Толпы обезумевших от предстоящей дороги людей, щедро разбавленные цыганами, бродягами, нищими, карманными ворами и полицейскими, сновали по сторонам, шевелились, толкались, кричали, путались друг у друга под ногами и громко ругались. А еще запах. Запах вокзала трудно с чем-либо спутать: хороший вокзал пахнет отправляющимся поездом и вагоном-рестораном, плохой — туалетом и прокисшими три года назад носками.
У камеры хранения Артем огляделся, но никого подозрительного не заметил, вытащил из ячейки рюкзак и направился к выходу. Все оказалось до обидного просто.
— Порядок? — поинтересовалась Лана, когда он бросил свою ношу на заднее сиденье «Мустанга».
— Ага.
Наградой стал еще один поцелуй. Фея уверенно поддерживала жертву в нужном эмоциональном состоянии.
Она вывела машину на набережную и, быстро достигнув Воробьевых гор, остановилась и достала из сумочки мобильный телефон:
— Алло, мне нужен Кувалда. Это единственный из Красных Шапок, с кем можно говорить, — объяснила Лана Артему, — остальные полные кретины, да еще и озабоченные выше крыши. Кувалда? Здравствуй, это Лана… Кувалда, у меня твой друг… Да, тот самый… Нет, милый, деньги мне не нужны, я хочу