– Что вы, дорогие друзья! – тут Дарима, видя наше удручённое состояние, подошла ко мне ближе и похлопала по плечу. – Я не пытаюсь сбить вас с пути исследований и мгновенно обратить в беспрекословных последователей Учения. Я работаю вместе с вами, и причины этого весьма схожи с вашими. И я очень хочу помочь. Просто в последнее время получается, что моя помощь в основном заключается в том, чтобы уберечь вас от пути… – она вздохнула и не договорила. Повисла тишина.
– Так те пресловутые 55%, – сказал я через некоторое время, – это что, значит, полная ерунда, профанация, дырка от бублика?..
– Ну что-о-о-о ты, – протянула Дарима с таким чрезвычайно важным и напыщенным видом, какой только смогла на себя напустить. – Это ведь половинчатая карма!
Все вдруг начали хихикать и смеяться, Гелугвий радостно стучал ладонью по столу, Штольм ухал, а мы с Даримой взявшись за руки, прыгали по комнате.
– Будем дальше работать! Будем искать решение! Но мне кажется, всем нам нужен хотя бы небольшой перерыв, – решила за всех главная радетельница науки, когда все чуть успокоились.
– Вам может показаться, что я много умного наговорила тут, – продолжала она. – Но всё это были вещи очевидные, многие из которых я почерпнула из сутр. На самом деле мне самой сейчас нелегко. Я чувствую, мне нужно обратиться за советом к своему учителю! Неужели мы настолько заблуждаемся в своих экспериментах, что нам уже выдали посланника… оттуда? То есть, он сам себя явил и сообщил внутренним. А мы как тюремщики, держащие в неволе своих подопечных и боящиеся занести сорняк в прекрасный огород.
Мы так утомились, что переваривали сказанное уже молча. Пора было отдыхать.
– Минжур, – обратилась Дарима уже ко мне одному, – мне сейчас надо уединиться в медитации на часок, поэтому я домой. – Она кивнула всем, беспомощно развела руками и вышла из зала.