* * *
…Незаметно ночи стали светлыми, и торговля на реке оживилась. Олегу все было не в радость.
Одинокой тенью волхв бродил по Ладоге, и все обдумывал, как поступить. Весь мир против него! Ничего, скоро он станет Вершителем и обретет такую власть над Явленным миром и Отраженным, миром Яви и Нави, что сможет не только получить Ружнену, но и повернуть историю вспять и уничтожить всех христиан!
Как назло, случай поговорить с Ружненой с глазу на глаз все не подворачивался, точно боги отвернулись от Олега.
Страдания волхва вышли на новый виток, когда заезжие купцы из Киева привезли Ружнене в подарок от Дира шкатулку с изображением птицы-Гамаюн на крышке. На зависть подружкам в шкатулке оказались бусы из янтаря и серебряная брошь в форме солнца.
Олег метнул взгляд в Ружнену – ее синие глаза заволокло слезами, она едва сдерживалась, чтобы не расплакаться над подарками.
Сердце Олега возликовало: боги не отвернулись от него! По всему видно, Ружнена не желает этой свадьбы!
«Еще не все потеряно, – понял Олег. – Можно попробовать… Только дождаться дня Венеры, и все повернуть по-своему».
Никогда еще Олег с таким нетерпение не ждал дня, которым будет управлять Венера – пятницы.
В четверг волхв провел обряд на удачу в любовных делах.
Сразу после полуночи, призвал на помощь духов, накинул черный плащ и, никем не замеченный, выскользнул из гридницы на подворье. С осторожностью лесного зверя пробрался между постройками, обошел княжеский дом. Приставил приготовленную накануне лестницу к окнам Ружнены и постучал.
Занавеска метнулась в сторону, из окна выглянула непокрытая русая голова.
– Это ты? – задохнулась от счастья Ружнена.
– Я. – Ружнена оказалась так близко, что Олег чуть не свалился с лестницы. В этот момент он чувствовал себя обычным смертным, и какое же это было наслаждение!
– Ружнена, – выговорил Олег, – тебе люб жених?
– Нет.
– Тогда не иди за него.
– Как же? – не поняла девушка. – Все ведь уже решено. Урожай соберем, и поедем в Киев. Там свадьбу и сыграем. Так матушка сказала.
– Хочешь, я увезу тебя? – в сильном волнении спросил Олег. – Только скажи «да», и ты будешь моей.
Ружнена молчала. В неясном ночном свете проступало очертание округлого подбородка и стройной шеи.
– Почему же ты не посватался? Рюрик не отказал бы тебе.
– Мне нельзя на тебе жениться.
– Почему?
– Не спрашивай, я не могу сказать. Так хочешь ты или нет, чтобы я тебя увез?
– Хочу, – зажмурилась от сладкого ужаса чужая невеста.
– Я все приготовлю и дам тебе знать.
– Хорошо, – кивнула Ружнена. Личико ее стало серьезным, глаза – бездонными.
– Не спросишь, куда бежим?
– Все равно, куда, – смущенно прошептала княжна, – лишь бы с тобой.
…Мике не зря провел юные годы в учениках у халдеев. Звезды и духи сказали магу, что Вещий Олег находится в шаге от пропасти.
В руках Вещего Олега находится будущее Явленного мира, а он увлекся какой-то девчонкой и поставил на карту свою жизнь и будущее ререговичей! Неужели зря прошли годы упорного труда? Пережив период острого разочарования в ученике, Мике поспешил в Ладогу. Олега надо было спасать.
Появлению Учителя Олег не обрадовался, но маг и астролог Мике не был в претензии за холодный прием.
– Мы призовем бога Велеса в помощь, чтобы он дал тебе силу освободиться от земной любви, – с порога обещал Мике.
Впервые Олег не согласился с Учителем.
– Я не хочу освобождаться от любви! Наоборот! Я хочу наслаждаться любовью Ружнены, – прошептал в отчаянии Олег. – Не хочу жить прошлым или будущим. Хочу жить сейчас!
– Глупец. Земная радость – пыль, тлен, ничто по сравнению с властью, которую дадут тебе боги. В Книге Судеб прописаны великие деяния Вещего Олега, враги будут обращаться в бегство от одного твоего имени, а ты готов променять все это на любовь обыкновенной девчонки? – Теперь взгляд старика был обращен, кажется, в самое сердце Олега.
– Это не обыкновенная девчонка! Это правнучка Гостомысла. Ружнена из рода ререговичей!
– Это ничего не меняет! В твоих руках судьбы мира. Боги уже наделили тебя тайными знаниями и волей. Ты – Вещий! Вещий! – Мике потряс посохом, как оружием.
– Олег, ведь тебе известно, что бог явленного мира Перун и бог отраженного мира Велес борются между собой за власть над людьми. Ты уже ослушался Перуна, тем самым порадовал его отражение – Велеса. Теперь за твою неверность тебя будут смущать духи обоих миров. Ты запутаешься, не сможешь отличить, где Явленный мир, где Отраженный. Это уже происходит с тобой. Вершители не в силах тебе помочь, если не будет на это Высшей Воли. Только она может тебе помочь. Ты покаешься перед Высшей Волей, дашь слово отречься от любви и тогда попросишь помощи у Совета Двенадцати.
– Я ошибся, – сделав над собой усилие, признался Олег, – я больше не чувствую в себе призвания, учитель.
– Поздно! Мир стоит перед решающим выбором. Ты избран Высшей Волей.
– Незаменимых нет! Найдите другого Хранителя.
– У другого будет другое предназначение. То, что надлежит сделать тебе, никто другой сделать не может. Ты неблагодарный. Всякий был бы счастлив оказать неоценимую услугу Высшей Воле.
– Я хочу быть обычным человеком, – упрямо твердил Олег.
Мике только покачал головой.
– Ты помрачен и не понимаешь, о чем говоришь. Перед тобой открыты все пути, кроме земного! – снова принялся увещевать ученика Мике. – Ничего, ничего. Испытание дается для того, чтобы сделать нас сильными. Мы принесем богам жертву, и они тебя простят. У нас нет времени. Кольцо стягивается, враги наши не станут ждать, и Совет Вершителей торопит меня. Я не позволю тебе погубить все, что уже сделано!
«Пусть делают, что хотят. Я не сдамся. Я изучу язык халдеев, и совершу обряд по «Книге Соломона». Ружнена будет моей. В Ладоге древнее, намоленное предками святилище, – ухватился, как за соломинку, за спасительную мысль Олег. – Я принесу жертву богине Ладе, покровительнице влюбленных. Лада уговорит богиню судьбы матушку Макошь дать мне обычное земное счастье. Хранитель – только человек. Его сердце хочет любить и быть любимым. Лишить его такого счастья – то же, что отнять у него сердце».
Не обращая внимания на жару, Мике и Олег с ношей на плечах поднимались на холм, на котором помещался жертвенник.
Холм со всех сторон окружали дубы. В летнем зное томилась на солнце и лениво перешептывалась глянцевая листва. Обращенные лицом на восток, каменные великаны на вершине холма внушали трепет.
Путники взошли на вершину, когда солнце клонилось к закату. Олег сбросил на жертвенный камень ношу – это оказался стреноженный черный козел. Животное безуспешно пыталось освободиться от пут, и Мике коснулся его посохом. Козел затих и обмяк.
Пока Мике и его ученик устраивали кострище, наступили сумерки. В небе появилась звезда. Она висела так низко, что, казалось, до нее можно дотянуться.
Произнеся заклинание, Олег точным ударом убил животное и собрал его кровь в чашу. Когда дрова занялись, огонь охватил козлиную тушу, и слизнул, как бумагу.
Мике зажег светильник и стал бормотать заклинания. Волосы его развевались на ветру, глаза грозно сверкали.
Затем он прочертил по земле круг, оказавшись в его центре, снова продолжал бормотать заклинания.
По четырем сторонам круга Мике начертил еще четыре окружности, размером меньше первой. В три окружности поставил зажженный светильник, в четвертую, западную, поставил Вещего Олега.
– Не сходи со своего места, что бы ни случилось, – предупредил ученика Мике и протянул ослушнику кожаный мешочек.
– Пей, – приказал чародей Олегу.
Олег послушно поднес к губам горлышко. Густая, терпкая, горько-соленая жидкость стянула рот.
– Олег, я стар и скоро отойду в мир иной. Единственное, что у меня есть в жизни – это ты. Я растил тебя, как сына, учил и воспитывал из тебя своего преемника. Но ты пойдешь дальше, чем я. Пока ты только Хранитель, но ты взлетишь очень высоко и будешь парить в небесах, как сокол. Скоро ты взойдешь на следующую ступень ведических знаний, ты станешь Вершителем и займешь мое место в Совете Двенадцати. Но для этого ты должен преодолеть самого заклятого твоего врага – себя самого.
Олег закрыл глаза, ожидая, когда магическая влага подействует.
– Забудь Ружнену. Забудь! – Мике коснулся посохом лба Олега. – Ружнена суждена другому!
Олег зажмурил глаза, изо всех сил стараясь удержать закипающие слезы. Голова Хранителя стала ясной, как воздух в морозный день, а тело сделалось невесомым. «Да мне легче похоронить ее, чем отдать другому», – осознал нарушитель воли богов. Олег хотел произнести вслух эту мысль, но губы одеревенели.