Что дало святителю Николаю право на такое дерзновение? Конечно, не в последнюю очередь его фундаментальное образование: за плечами у этого выходца из небогатой крестьянской семьи были университеты Швейцарии и Германии, философский факультет Оксфорда, две докторские диссертации, Петербургская Духовная академия.
Но все же главным было образование евангельское – личная святость, которая наделила святителя такими познаниями, которых невозможно приобрести ни на каких факультетах. На собственном опыте, в пекле «огненных искушений» (1 Пет. 4:12) владыка Николай испытал возрождающую и обновляющую силу христианства, ощутил преемство со святыми и поэтому по-апостольски свидетельствовал о том, «что мы слышали, что видели своими очами, что осязали руки наши» (1 Ин. 1: 1).
Жизнь сербского святителя проходила на фоне грандиозных катаклизмов XX в.: как полковой священник он находился на полях сражений Первой мировой войны, и уже тогда его духовному взору открывалась неизбежность для человечества, отходящего от Бога, войны следующей. Его прозвали «третьей армией» Сербии в Америке и Англии, куда он был направлен для развенчания выскомерно-шовинистических взглядов на сербский народ и его освободительную борьбу. В 30-е годы благодаря подвижнической деятельности епископа Николая Сербия пережила настоящее духовное пробуждение. Духовная сила владыки была такова, что перед нападением на Югославию Гитлер включил его в список подлежащих уничтожению вождей сербского народа. Владыку Николая не уничтожили, опасаясь подъема сербского освободительного движения, однако концлагеря Дахау он не избежал. После прихода к власти в Югославии коммунистов Господь возвел святителя Николая на высшую степень христианского блаженства: он, приняв поношение за имя Христово, был изгнан из страны правды ради (см.: Мф. 5: 10–11) и скончался в русском монастыре, в Америке.