Однако стоит вспомнить, что «золотой Крёз» славился не одной только роскошью и расточительностью, но и благотворительностью. За свой счет в столице Лидии, городе Сард (Сарды), он строил общественные здания, содержал театр, раздавал много денег нуждающимся. Но самый большой взнос царь Крёз ежегодно вносил в казну Дельфийского оракула. Неудивительно, что и пользовался его советами он весьма часто. Но вот парадокс: пифии оракула не старались угодить своему меценату в предсказаниях. Более того, именно их пророчества стали для Крёза не только правдивыми, но и роковыми.
Ну а вопрошать пифию Крёзу было о чем. Первый сын по ужасной случайности погиб на охоте. Второй же ребенок, оставшийся единственным наследником, оказался немым от рождения. Что ж, верно говорят: и богатым приходит время плакать. Каких только лекарей не звал к ребенку отец, каких только денег не платил! Мальчик молчал…
В отчаянии Крёз отправил к Дельфийскому оракулу послов с богатейшими дарами. Ответ пифии оказался странным:
Многих народов властитель, о Крёз неразумный!
К горю ты своему пожелал голос сына услышать.
Лучше бы сын твой немым навеки остался.
Горьким же станет тот день, когда уста он откроет!
Крёз пришел в недоумение. Ну как может стать горьким день, когда мальчик заговорит?! Да он будет счастливейшим в жизни всей Лидии! Иначе как же его сын станет править?! Царству ведь нужна твердая рука – Лидия окружена врагами, постоянно приходится вести то одну, то другую войну. Совсем плохи стали дела, когда, покорив Мидию, Лидия обрела в лице мидийского союзника – Персии – могущественного врага.
Крёз решил спросить у Небес совета: как следует поступить – может, самому напасть на Персию? Но, чтобы не ошибиться, царь решил направить своих представителей к самым знаменитым пророкам того времени: к оракулу в Дельфах, оракулу на севере Лидии и оракулу в оазисе Сивах в Ливийской пустыне. Везде посланцы Крёза должны были спросить: «Что делает в этот день лидийский царь?» Ответы следовало записать и представить на суд самого Крёза. Неизвестно, что ответили два последних оракула, но пифия в Дельфах сказала следующее: