Не потому ли древнеримские правители чтили сивилл и помогали из казны храмам, в стенах которых обитали пророчицы? Но не всегда власть и сивиллы понимали друг друга. История рассказывает о трагическом эпизоде, случившемся в начале VI века до н. э. Тогда к царю Тарквинию Гордому явилась самая знаменитая из Кумских сивилл Демофила и предложила купить у нее девять рукописных книг, в которых предсказательницы записали свои важнейшие пророчества о будущей жизни. Правда, за этот свод мудрости Демофила запросила огромные деньги. И Тарквиний отказался – слишком большая цена.
Тогда разгневанная Демофила бросила три книги в огонь. «Треть мудрости погибла! – произнесла она. – Но цена за оставшуюся часть – та же!» Тарквиний скривился: «Я не стану платить за шесть книг как за девять!» Тогда Демофила хладнокровно бросила в огонь еще три книги: «Теперь придется заплатить за три книги как за девять!» И тут двери открылись, в ноги царю бросились его советники: «Купи хотя бы последние книги, повелитель!»
Тарквиний внял мольбам советников и купил три оставшиеся книги. Первая состояла из пророчеств самой Кумской сивиллы, вторая – из предсказаний самой известной из Тибуртинских сивилл Альбунеи, третья – из мудрых изречений разных сивилл, которые были записаны римскими братьями Марциями. Эти три книги Тарквиний передал в римский храм Аполлона, потом они попали в храм Юпитера Капитолийского. Жрецы этих святилищ относились к свиткам трепетно и почтительно, вынимали лишь в случае крайней необходимости, когда нужно было сверить с ними судьбы государства. Даже во времена империи к ним тайно обращались за советами.
Увы, в IV веке н. э. правители задумали сжечь странные книги и устроили в храме Юпитера пожар, в пламени которого рукописи и погибли. Но хранители книг не смирились с потерей. Они сумели по памяти воспроизвести и записать несколько сотен изречений сивилл. Впоследствии из них были составлены еще несколько свитков, которыми тайком пользовались вплоть до V века н. э. Но в VI веке эти свитки были утрачены окончательно – опять же в храмовом пожарище.