Почему же эта истина кажется нам кощунственной? Потому что на протяжении столетий Западное и Восточное Христианство, находившееся под глубоким влиянием эллинистической философии, постепенно подменяло библейский холизм (целостность) дуализмом души и тела. Эта подмена имела катастрофические последствия. Если спасение – это освобождение души от тела, то сама материальная реальность, включая нашу планету, её экосистемы, социальные институты, культуру и труд, теряет онтологическую ценность. Она становится лишь временным пристанищем, «юдолью скорби», которую не стоит улучшать, а стоит лишь поскорее покинуть. Такая вера духовно калечит человека. Она обесценивает его ежедневный труд, его творческие порывы, его заботу о ближнем, его борьбу за справедливость. Зачем бороться с социальным злом, если это «временный мир» всё равно обречён? Зачем лечить планету, если она «сгорит в огне»?
Эта усечённая эсхатология выгодна тем, кто у власти. Она усыпляет пророческий, революционный дух Евангелия. Если главное – загробная жизнь, то можно мириться с несправедливостью, угнетением и эксплуатацией в жизни нынешней. Религия из «силы, низвергающей престолы», превращается в «опиум для народа», в анестетик, заглушающий боль от ран греховного мира. Она крадёт у человека священное нетерпение, жажду Вечного Царства Небесного, которое должно прийти «На Земле, Как На Небе». Признание же того, что жизнь возможна только в теле, что спасение – это спасение всего человека, души и тела, а значит, и всего материального космоса, – это акт величайшей духовной и социальной революции.