Этот замысел был не отменён, но усилен и освящён Воплощением. Вечный Логос, Второе Лицо Пресвятой Троицы, «стал плотию» (Евангелие от Иоанна 1:14). Не просто «вселился в плоть», а стал ею. В этом – краеугольный камень христианства, который отличает его от всех спиритуалистических и гностических учений. Гностики учили, что материя – это зло, тюрьма для духа, и спасение заключается в освобождении от оков плоти. Христианство же провозглашает, что материя настолько благодатна и свята, что Сам Бог воспринял её в Свою Ипостась. Христос не гнушался плоти. Он рос, уставал, голодал, испытывал жажду, страдал физически. И после Своего Воскресения Он явился ученикам не как бесплотный призрак, а в преображённом, но реальном и узнаваемом теле. «Посмотрите на руки Мои и на ноги Мои; это Я Сам; осяжите Меня и рассмотрите; ибо дух плоти и костей не имеет, как видите у Меня» (Евангелие от Луки 24:39).
Эти слова Христа – приговор всем платоническим и гностическим ересям, проникшим в христианское богословие. Воскресение – это воскресение плоти. Апостол Павел, разбирая этот вопрос с коринфянами, прямо говорит: «Но скажет кто-нибудь: как воскреснут мёртвые? и в каком теле придут? Безрассудный! то, что ты сеешь, не оживёт, если не умрёт. И когда ты сеешь, ты сеешь не тело будущее, а голое зерно… Но Бог даёт ему тело, как хочет… Так и при воскресении мёртвых: сеется в тлении, восстаёт в нетлении… сеется тело душевное, восстаёт тело духовное» (1-е Коринфянам 15:35—37, 42, 44). Апостол не противопоставляет «тело» и «бестелесность». Он противопоставляет два состояния одного и того же тела: тленное и нетленное, душевное (психическое, природное) и духовное (пневматическое, пронизанное Духом Святым). Но это всё равно – Тело Христово.