Это утопия? Возможно. Но это – христианская утопия. Это – видение того мира, о котором молился Христос: «Да придёт Царствие Твоё; да будет воля Твоя и на земле, как на небе». Эта книга – приглашение к разговору. К разговору о самом главном. О том, какими Бог задумал нас и наш мир, и что нам мешает этой целью соответствовать. Это – диагноз и план лечения. Это – призыв очнуться от духовной комы и начать строить. Строить Земной Рай. Архитектура которого была явлена нам две тысячи лет назад.
РАЗДЕЛ I: ДИАГНОЗ: МЁРТВОЕ ТЕЛО В ГРОБУ МИРА
Мы стоим на руинах, даже не осознавая, что живём среди них. Руины эти – не камни и пыль древних городов, а концепции, идеи, богословские конструкции, которые давно отслужили своё и превратились в гробницы для духа. Самая большая из этих руин, самый величественный мавзолей – это наше представление о вере, о спасении, о самой цели человеческого существования. Мы привыкли к образу христианства как утешительной религии, которая помогает переносить тяготы земной жизни в ожидании награды на небесах. Эта идея настолько глубоко проникла в наше коллективное сознание, что любая попытка усомниться в ней воспринимается как кощунство. Но что, если это «кощунство» на самом деле является возвращением к подлинному, радикальному и революционному учению Иисуса Христа? Что, если мы так долго шёпотом повторяли утешительные сказки о загробном мире, что оглушили себя до невозможности услышать оглушительный гром Воскресения?
Этот гром возвещает не о бегстве души из тюрьмы тела, но о спасении, исцелении и преображении всего творения. Мы забыли, что центральным догматом нашей веры является не бестелесность, а воплощение. Бог стал плотью. Он ел, пил, уставал, страдал физически. И воскрес Он – что крайне важно – не как призрак, а в теле. В теле, которое можно было осязать, которое узнавали ученики, которое вкушало пищу. Это ключ, который мы потеряли. Мы увлеклись платоническими грезами о мире идей, презирая материю как нечто временное и греховное. Но Бог, сотворивший материю и назвавший её «хорошо весьма», Сам вошёл в неё, чтобы её искупить, а не отменить. Игнорируя это, мы совершаем величайшее богословское преступление – отвергаем дар творения и искупительный подвиг Христа.