Если мы воспринимаем Воскресение лишь как прошлое, наша вера становится ретроспективной, обращённой назад. Мы зрители, смотрящие на сцену, где когда-то произошло великое событие. Но если мы видим в нём план будущего, вера становится проспективной, устремлённой вперёд. Мы активные участники стройки, применяющие чертёж, созданный Первоархитектором. Каждое проявление любви, милосердия, борьбы за правду – это не просто «доброе дело». Это акт со-воскресения, конкретный удар молота, раскалывающий скорлупу тленного мира, вклад в вызревание Тела Христова для его окончательного рождения в новое качество.
Понимание Воскресения как проекта снимает фатализм и пассивность. Мы не ждём, сложа руки, когда Бог одним махом всё исправит в конце времён. Мы знаем, что финальное преображение – это Его действие, но вызревание материала для этого действия – наша ответственность. Как ребёнок в утробе должен развить все органы, чтобы быть готовым к рождению, так и человечество должно достичь определённого уровня единства, любви и духовной зрелости, чтобы стать способным воспринять всецелое воскресение. Проект «Воскресение» реализуется здесь и сейчас, в наших повседневных вариантах – простить ли обидчика, помочь ли нуждающемуся, бороться ли с несправедливостью. Каждый такой выбор – это шаг к тому, чтобы смерть, торжествующая в разделении и ненависти, была окончательно сокрушена.
Проект Воскресения имеет четкие, измеримые вехи, и они касаются не только личной святости, но и состояния всего общества. Уменьшение социальной вражды, преодоление экономического неравенства, исцеление экологических ран планеты – все это этапы оживления Тела, без которых невозможно финальное преображение. Невозможно воскресить организм, если его клетки разъединены и поражены болезнями. Таким образом, социальная активность, направленная на единство и справедливость, оказывается не просто гуманитарной деятельностью, а прямой подготовкой материи к эсхатологическому скачку. Каждый примиренный конфликт, каждое ликвидированное проявление нищеты – это победа над тлением, это реальный, пусть и малый, акт всеобщего воскресения, совершаемый здесь и сейчас.