– Папка, привет. А мы тут с няней и Антошкой играем на площадке. Зоя быстро спрятала книжку и пошла навстречу мужчине. Тот действительно всем видом показывал, что он хозяин жизни. Шёл вразвалочку, на пальце дорогой перстень и сам взгляд – колючий и пронизывающий, показывал, откуда он взял деньги на свою квартиру да и на остальное.
– А что это, Надя уснула и одного тебя оставила, – спросил он сына, не обращая внимания на идущую к нему Зою.
– Я вызвалась смотреть за детьми, а девушка пусть поспит.
Мужчина осмотрел Зою с ног до головы и назад, правда, отметил про себя дорогую сумку, но может быть и подделку.
– Я хотела бы с вами поговорить о детях, – казалось, она не обращает внимания ни на взгляд этого нувориша ни на его нежелание с ней общаться, – давайте отойдем чуть в сторонку. Антоша, я тебе просила об одной услуге.
Сын быстро подбежал к Феде и сказал, что он ему сейчас покажет одну штуку, пока взрослые разговаривают и ребята побежали к горке. Мужчина, тяжело вздохнув, уставился на Зою тяжёлым взглядом. А ей больше и не нужно было – главное, посмотреть ему в глаза. И он застыл, как истукан, а Зоя не сводя своего взгляда, приказала ему пойти домой и взять со своего сейфа миллион рублей.
– Эти деньги пойдут на ребёнка, которого Надежда зачала от тебя. Это просто алименты за все время. Ты сейчас принесёшь в пакете деньги, заберёшь сына и навсегда забудешь о том, что видел меня сегодня и что отдал ей деньги. Ты будешь помнить, что ты её выгнал сегодня. Иди.
Мужчина ушёл домой нетвердой походкой, а Зоя убеждала себя, что она делает все справедливо. Ведь никто не сможет обвинить его, что он применил к девушке силу. Она оставалась с больным отцом и беременной, без денег, практически с исковерканной судьбой.
Через минут пятнадцать мужчина вернулся, отдал пакет Зое и остановился. Зоя позвала Федю, погладила его по голове и сказала, чтобы он шёл с папой, а Антона и его маму он не видел сегодня. Он играл с няней.
Когда отец и сын зашли в подъезд, она подошла к девушке, сняла с неё что-то с лица, как паутину. Та немедленно открыла глаза.
– Ой, что со мной, а где Федя?