В уральских-то краях иначе,
Собрать оброк, была задача!
Одни, от ночи до зори,
На штольнях, рудниках могли
Трудиться, рук не покладая —
У них-то жизнь совсем худая!
Другим, таким как Кокованя,
Оброк другой назначил барин.
Коль мог охотиться и строить,
То можно тягло-то и сдвоить:
Оброк – деньгами ли натурой,
Охоться хоть мануфактурой,
Но, главно, во время плати!
А баршину, чтобы нести,
Вот тут приказчик изголялся,
Все соки выжать он старался!
Бывало, целую неделю
В работе мужики потели!
Бесплатно, инструментик свой,
То баню барину отстрой,
То стойки в рудниках поправить,
То склад или сарайку справить!
А если нет такой заботы —
На руднике полно работы!
Вот так и жили, день за днем…
Но мы не вечно ведь живем!
Жена чего-то приболела
Да в Рай, на небо, улетела.
Мужик совсем один остался —
Хозяйство сам вести старался…
Да было в доме неуютно,
Тоскливо, пусто абсолютно!
Жена, хоть часто и ворчала,
И даже, просто хоть молчала,
Но всё же – человек родной!
Теперь же дом совсем пустой!
Погоревал мужик, поплакал,
Но все же жить-то надо как-то!
Решил сиротку приютить,
Уму да разуму учить:
«И самому не так тоскливо,
Уж если быть совсем правдивым,
Сиротка сыном моим станет,
Когда помру – меня помянет
Кутьей, возможно, добрым словом…»
Мужик жениться мог бы снова —
Такую мысль, и впрямь сперва,
Ему одна вдова дала.
Но он уже немолод был
Да и вдову, он, не любил!
А коли так – зачем жениться?
С женой-то можно не ужиться!
Вдруг будет вредная притом,
До смерти маяться потом?!
Мужик село все обошел —
Сирот мальчишек не нашел.
В одном дворе ему сказали,
В другой деревне, мол, видали
Семью большую – в ней сиротка.
Девчонку, буд-то, взяла тетка
В семью свою на воспитанье,
Да только, буд-то, пропитанье
В семье большой, где много ртов,
Да все едят-то будь здоров,
Плохое, а сироту шпыняют —
Кусочком каждым попрекают! Девчушке и годков-то восемь —
Осиротела уж под осень,
А хоть мала, но размышляет
Свое сиротство понимает!
Не сердится и не ревет,