Артур остолбенел. Он смотрел на этого спокойного, исполненного какого-то необъяснимого достоинства человека, который добровольно соглашался отдать огромный долг, и скорее всего, все свои деньги.
– Вы… вы понимаете сумму? – переспросил он, сбитый с толку.
– Понимаю, – кивнул Керим. – Это все, что у меня есть. Но если я должен, я заплачу.
И тогда Артур, который видел за свою карьеру тысячи хитрых и жадных лиц, увидел нечто совершенно иное. Честь. Достоинство. Верность слову.
– Подождите, – сказал он, и его голос смягчился. – Ваш случай… он из разряда форс-мажорных. Есть одна программа… Сложная, мало кто проходит по критериям, но… но мне кажется, вы именно тот, для кого она создана. Давайте я попробую помочь вам ее инициировать.
Чудо произошло. Но не как вспышка молнии, а как тихий, закономерный результат правильного поступка.
Через неделю пришел ответ из банка. В связи с исключительной добросовестностью клиента и сложностью случая, долг был не списан, но реструктуризирован. Его разбили на мизерные, символические ежемесячные платежи на много лет, которые не обременяли семью Керима ни на копейку. Их сбережения остались при них.
В тот вечер Керим собрал всю семью: Брилиант, Ислама, Айшу, Амину и маленького Муслима на руках. Он не стал говорить «я был прав». Он просто сказал:
– Видите? Господь никогда не оставляет тех, кто всем сердцем уповает на Него. Он всегда найдет путь, даже там, где его, кажется, нет. Мы ни о чем не будем беспокоиться. Никогда.
А на следующий день он купил небольшой подарок и отнес его менеджеру Артуру в знак благодарности. Не взятку, а просто коробку хороших восточных сластей. И когда Артур попытался отказаться, Керим улыбнулся:
– Это не взятка. Это садака. Благодарность от чистого сердца. Примите же.
И Артур, впервые за долгое время улыбнулся, улыбнулся в ответ на слова Керима.
Так закончилось первое серьезное испытание Керима. Его вера, прошедшая через непонимание близких, прошла и проверку деньгами. Она не ослабла, а закалилась, как сталь.