Здесь звучит гимн: «Он – един, он – многоликий. Он – в солнце, он – в сердце, он – во всём».
Шветашватара соединяет философию и поэзию, её строки – словно заклинания, в которых слышно дыхание вечного.
Каутивалья-упанишада (редко называемая, но древняя).
Здесь звучит призыв к отречению. Все богатства, все желания – лишь пыль на дороге. Только тот, кто идёт внутрь, находит покой.
Эта Упанишада сурова, как пустыня, но в её суровости – великая свобода.
Майтри-упанишада (дополняем завершением).
В ней раскрывается образ времени как колеса, которое вращается без конца. Но над временем – вечность, в которой исчезает само колесо.
Майтри говорит о йоге, о сосредоточении, о том, что лишь молчание сердца открывает истину.
И вот, словно круг замкнулся. Каждая Упанишада – это не книга, а врата. Одни открываются мягко, как рассвет. Другие – грозно, как буря. Но все они ведут в одно: к тишине, где Атман и Брахман – одно, где человек и вечность – нераздельны.
Я продолжу вам рассказывать об Упанишадах и практиках, чтобы они были не только откровением, но и живой практикой медитации, как будто древние риши шепчут нам, как войти в их тишину.
Упанишады и медитация.
Слова Упанишад – не мёртвые буквы. Они – как огонь, который вспыхивает лишь тогда, когда ты сам приносишь к нему своё дыхание. Древние мудрецы никогда не учили, что истина познаётся чтением. Они знали: истина открывается только в молчании. Поэтому каждая Упанишада – это ещё и медитация. Она даёт образ, звук, мысль, которую нужно удерживать в сердце, пока она не растворится и не станет светом.
– Иша-упанишада учит медитации всепроникающего присутствия. Закрой глаза и скажи: «Всё это – полно Божественного». Смотри на дерево, на дыхание, на свой страх – и повторяй. Постепенно разделение исчезает, и мир становится единым телом.