Предположим, у нас есть дом со стенами, потолками, полами, и мы находимся внутри этого дома. Допустим, что по давно укоренившемуся обычаю жильцам можно касаться только пола и стен. Если бы кто-нибудь зашел внутрь и сказал: «Посмотрите на потолок», – обитатели дома оказались бы не в состоянии сделать это, – словно дети, которые часто не могут увидеть чего-то и не способны наблюдать какую-то вещь, пока им ее не покажут.
Предположим далее, что на протяжении поколений было принято вешать те или иные вещи на стены и ничего не иметь на потолках. Для большинства людей предметы на потолках будут в таком случае оставаться «невидимыми».
Так и с нашим учением. Мы часто и настойчиво утверждаем, что люди не продумывают вещи до конца, что они делают разные предположения (такие как «не существует потолка») и им в голову не приходит проверить соответствуют ли их предположения действительности. Но, подобно любому разумному человеку, который в данном случае попытается указать на существование потолков, мы не только привлекаем внимание к этому теоретическому постулату («возможно, потолки существуют»), но делаем нечто большее.
В учебных курсах, на встречах, в общении с учителями, в материалах для наблюдений, упражнениях, называйте их как хотите, мы обеспечиваем общину, к которой обращено наше послание, практическими средствами, необходимыми для того, чтобы усвоить и сохранить опытное знание о существовании «потолков».