сон, —
невозмутимо ответил каббалист.
— Это правда, — легкая гримаса на секунду исказила лицо рабби. — Я все
время все вижу. Вы знаете, как это тяжело? И вы понимаете, почему мое лицо
все время закрыто, когда я встречаюсь с людьми?
— Ну, я слышал легенду, будто если взглянуть прямо вам в лицо, можно
ослепнуть…
— Чушь! Просто когда ко мне подходит человек, я уже все про него знаю.
Иногда я вижу, что помочь его беде нельзя никоим образом, иногда я
вижу, что он умирает от рака, и жить ему ему осталось не более нескольких
месяцев. Я не умею владеть лицом, и чтобы мои посетители сразу же не
прочли своего будущего по моим глазам, приходится одевать капюшон. Но без
благословения от меня не уходит никто — ведь самый суровый приговор Небес,
в конце концов, тоже может измениться.
— А что будет с нами? Вы видите, как все это кончится?
Рабби Элазар отрицательно покачал головой:
— Нет. Что будет дальше, я не знаю. Но я видел в своих видениях, как вы
вызывали ангела Рафаэля и пророка Элиягу. Признаться, я тоже думал, что вы
действуете правильно. Но сегодня ночью я видел сон, в котором получил
удивительно четкий и ясный ответ, что нужно делать.
Давид выказал крайнюю заинтересованность. Каббалистам часто приходится
иметь дело с шэелат халом — ответами на вопросы мироздания, приходящими
мудрецам во сне. Один из средневековых раввинов даже опубликовал подборку
своих видений под заголовком Письма с неба. Вот только силы для
еврейского религиозного законодательства эти сны не имеют.
— Вы все время хотели говорить с агелами небесными, — сказал рабби
Элазар. — Но при этом забыли, что Машиах — это дело между Всевышним и
людьми.Он должен быть человеком из плоти и крови, а не ангелом.
— Мы об этом догадались еще вчера, — кивнул Давид. — Но какие
конкретные действия нужно предпринять? Искать демона Андраса в нашем мире?
Искать Машиаха — точнее, того младенца, которому предстоит родиться и
стать Машиахом?
— Того, кого вы называете Андрасом — это царь-злодей Армилос — следует
обезвредить, — наставительным тоном сказал рабби Элазар. — Для этого
следует провести охранительную церемонию. Или, проще говоря, акафот —
обход вокруг бимы (возвышение в синагоге для чтения Торы — А.Р.)
— Ну, нет ничего проще, — упокоился каббалист. — Мне кажется, даже
слишком просто. Сейчас в зале полно народу, прикажите открыть ковчег,
раздать им свитки Торы, и преданные вам люди будут кружиться хоть до утра.
Рабб Элазар несколько секунд помолчал, потом сказал:
— Вы слишком легкомысленно относитесь к этому делу. Для таких акафот
нужно собрать ровно сто коэнов — прямых потомков тех людей, которые
когда-то проводили службу в Иерусалимском Храме.
— Задача непростая, призадумался Давид. — Как я понимаю, телефонная
книга нам в этом никак не поможет. В Израиле добрую половину телефонной
книги каждого города занимают Коэны и Леви. Это все — потомки тех людей,
которые когда-то совершали службу в Иерусалимском Храме или исполняли
песнопения во время жертвоприношений. Однако в отличие от принадлежности к
еврейской нации, которая передается по женской линии, принадлежность к
клану коэнов или колену левитов определяется линией мужской. А кроме того,
множеством сложных и запутанных законов. Так что если ваш собеседник носит
фамилию Коэн или Леви, вовсе не обязательно, чтобы он имел коэнские или
левитские права — они могли быть давно утрачены его семьей в том бурном
урагане, который разметал прихожан и служителей Иерусалимского Храма по
всему свету.
— Я с утра уже послал несколько машин в Иерусалим, чтобы они проехались
по синагогам и собрали всех известных коэнов… По субботам в синагогах
коэны благословляют общину. Поэтому каждый ходящий в синагогу Коэн знает
по крайней мере еще несколько надежных Коэнов.
— Кроме того, — продолжал рабби Элазар, — я хочу пригласить немного
больше людей — вдруг кто-то из тех, кто будет исполнять акафот, уже на
самом деле утратил коэнские права?
— Не вызовет ли это паники? — обеспокоился Давид.
— Нет, — усмехнулся рабби. — Я велел сказать, что всю церемонию нужно
провести для того, чтобы предотвратить войну. А война — это не та вещь,
которая в Израиле может вызвать панику.
— Я смотрю, вы прекрасно все организовали, — Давид не мог не
восхититься предприимчивостью и хваткой рабби Элазара. — Только скажите,
зачем вам понадобился я? Я ведь не принадлежу к числу потомков священников
Иерусалимского Храма. Рабби Элазар встал и снова накинул на лицо