Хранитель едва смог скрыть улыбку. Яблочко от яблоньки. Ведьмы большая и маленькая. Интересно, она тоже воин? Или обычная? Как все? Хотя тут будешь, как все. Хранитель пока не понимал, есть ли вообще в этой войне света и тьмы какой-то нейтральный серый цвет. Есть ли не участвующие в войне люди? Или это в принципе невозможно, учитывая, что всё есть порождение Истока и суть Он сам?
Ведьма стояла у огромного вазона с белыми розами. Выбирала глазами, затем чётким движением руки выдёргивала понравившийся цветок, несколько секунд любовалась, нюхала и следовала очередь другого цветка. С первой розой продавец хотела возразить, прервать такое самоуправство, но ведьма на неё лишь мельком искоса взглянула, тётка скукожилась и замолчала.
«Ведьма! – тем самым суеверным шёпотом, но с огромной долей иронии и даже гордости откликнулось второе «я» хранителя. – Одним взглядом!»
– Я тоже выбрала, – напомнила о себе мелкая.
– Ты помнишь, какие цветы любила бабушка? – ласково спросила ведьма.
– Конечно, мамочка, – ответила мелкая и отошла в сторону.
Ведьма подняла голову и посмотрела на хранителя: «Присмотри за ней», – прозвучало у него в голове. Голос этот был, бесспорно, её, но, о боги! – он был как будто из стали! Ни намёка на нежность, никакого просящего тона. Жёсткий безапелляционный приказ. Хранитель кивнул и пошёл вслед за малой.
Она отошла недалеко. Выбрала для бабушки гору разноцветных хризантем и метёлочки каких-то очень мелких цветочков. Продавец их вставила в букет и они покрыли его белой дрожащей вуалью. Вышло интересно и со вкусом.
«Молодец девчонка», – подумал хранитель, а вслух добавил:
– Сколько с нас?
– За меня пватить не надо, – предупреждающе вскинула руку малая. – Я сама!
Она достала из сумочки с ёжиком кошелёк в виде котёнка и протянула продавщице две аккуратно сложенные крупные купюры.
– А это разве не твой папа? – вдруг заволновалась продавец. – А то я милицию вызову!
– Это бодигалд, – гордо ответила мелкая.
– Хра… – было начал Хранитель, и тут же поправился: – охранник. Я её охранник.
– Ну, надо же, – удивилась тётка.
Она потеребила купюры и одну вернула девочке: