* * *
Утром следующего дня Хелен уже находилась в лавке и наводила порядок на рабочем столе. Она надеялась, что рутинные дела займут ее мысли. Перед ней лежала связка ключей от квартиры Кита, и Хелен всё больше убеждалась, что нужно его навестить.
Конечно, остатки гордости и нотки липкого страха были сдерживающими факторами, но она прекрасно понимала, что каждый день может стать для Кита последним. Что Хелен ему скажет? Будет ли Кит зол на нее?
С другой стороны – нет никаких доказательств, что это сделала Хелен. Видения бабушки-ясновидящей, которая каким-то способом показала Киту, кто его проклял, никогда не будут приняты судом. Это успокаивало девушку и всё больше подталкивало посетить квартиру О’Брайана.
Решено. Она просто наведается к умирающему однокурснику с корзиной фруктов и постарается забыть все обиды и заглушить всю прошлую злость на него. Дело сделано, и Хелен придётся жить с этим. Образ О’Брайана будет преследовать ее до конца дней, но она справится.
* * *
Через час Хелен уже стояла у массивной двери квартиры О’Брайана и никак не решалась постучать. Неожиданно дверь распахнулась, и Кэтрин вышла из квартиры, чуть не столкнувшись с Хелен.
– Ты? – Глаза Кэтрин расширились от удивления. – Ты пришла к Киту?
– Привет, Кэтрин, – кивнула гостья, стараясь говорить ровно. – Да, раз уж я возле его дома.
– Язва, – покачала головой сестра Кита. – Идём, я тебя провожу.
Обе девушки зашли в тёмный неуютный коридор, и Хелен поёжилась. Кэтрин попросила пару минут, чтобы приготовить брата к встрече, а Хелен осталась стоять на месте. Атмосфера, запах и отсутствие уюта больше не напоминали ей ту теплую и родную ее сердцу квартиру, где они с Китом проводили дни и ночи.
– Пойдём, Хелен, – Кэтрин выглянула из-за угла коридора, – Кит ждёт тебя.
У Хелен засосало под ложечкой: она не готовила речь, она не знала, что скажет О’Брайану. Она боялась. Как же она боялась увидеть его лицо и посмотреть в любимые когда-то глаза. Вдруг О’Брайан стал страшен? Вдруг он потерял волосы? Вдруг он испытывает боль и больше не может говорить?
Сознание подкидывало страшные картинки обезображенных тел, и Хелен впервые за долгое время стало по-настоящему дурно.
– Ты что встала там? – Кэтрин снова подала голос. – Я очень спешу, Дюпон, давай живее.
Глубоко вдохнув, Хелен на ватных ногах двинулась по коридору, жалея, что пришла сюда. Запах смерти становился все сильнее.
Хелен зашла в приоткрытую дверь и зажмурилась от яркого света. О’Брайан лежал на кровати в дальнем углу спальни – бледный, худой, измождённый, с подключенными трубками по всему телу и с прозрачной дыхательной маской на лице. Его глаза были закрыты.
– Хелен, подойди ближе, – махнула рукой Кэтрин. – Моему брату тяжело громко говорить.
– Для чего это? – Хелен махнула рукой в сторону трубок.
– Это капельницы, дающие питание. А это – кислородная маска. Другие способы лечения больше не работают.
Хелен охватил ужас: за короткое время О’Брайан превратился в живой труп. Девушка заставила себя приблизиться и сесть на стул, стоящий рядом с кроватью. О’Брайан с трудом разлепил веки, и Кэтрин отодвинула маску, чтобы Кит мог говорить.
– Привет, Хел. – Вымученная улыбка, хриплый голос. – я думал, что уже сдох, раз вижу тебя.
– В Аду сегодня выходной, О’Брайан, – беззлобно пошутила Хелен, ставя корзинку с фруктами на прикроватный столик.
– А ты всё такая же милая, – прохрипел Кит, посмеиваясь. – Кэт, ты, кажется, куда-то собиралась?
Кэтрин выдохнула и недоверчиво посмотрела на Хелен.
– Иди, Кэтрин, – поддакнула Хелен, – я присмотрю за ним.
– Увидимся, дорогой. – Кэтрин чмокнула брата в лоб и ушла, прихватив с собой сумку.
– Я весь внимание. – О’Брайан уставился в потолок, глаза его отражали глубокую печаль.
– Я прочла твои письма. – Хелен выпалила первое, что пришло в голову.
– Я понял, – кивнул Кит, – с Кэтрин я разберусь потом. Она не должна была делать этого сейчас.
– Я не буду извиняться, – тихо сказала Хэлен, – я желала твоей смерти.
– Я знаю, Хел, прости меня. – Кит закашлялся и жестом указал на маску. Хелен аккуратно поместила её О’Брайану на лицо, случайно коснувшись пальцем его губ. Хелен дёрнуло, как от удара тока: ее тело, ее проклятое тело всё ещё помнило прикосновения губ Кита, и что-то, похожее на жалость, всколыхнулось внутри.
Девушка не знала, что отразилось в ее глазах, но Кит, кажется, всё понял: его взгляд потеплел. Хелен отвернулась: она не могла выдержать теплоты и любви от О’Брайана после того, как собственноручно уложила его на смертный одр.
Что-то больно кольнуло в сердце. Ей срочно захотелось убраться отсюда, мысли путались, а внутри всё выло раненым зверем.
– Извини, я пойду. – Хелен схватила сумку и кинулась прочь из комнаты. Спотыкаясь, она вылетела из дома и побежала.
Хелен бежала не оглядываясь, как будто за ней кто-то гнался, и прохожие оборачивались ей вслед. В голове билась мысль, что она должна спасти Кита. Она сделает всё, что в ее силах, чтобы исправить свою ошибку.
Девушка остановилась у входа в парк. В ушах стоял гул, Хелен пыталась отдышаться, держась за грудь, хватая ртом воздух, но засевшая мысль о том, что она должна спасти Кита, не покинула ее. Теперь ей нужен план.