гимнов: Стеблин-Каменский И.М. Авеста. Избранные гимны из Видевдата. М., 1993.
Очень многое в иранской картине мiра сходно с представлениями древних индийцев — корни-то общие. И, хотя функции божеств и других элементов мифологии у парсов нередко изменяются на прямо противоположные по сравнению с индийцами, родство их имен и названий очевидно.
Ср. санскр. артха и авест. аша — закон мiровой необходимости, санскр. Яма и авест. Йима — бог подземного царства, но санскр. дэва — «бог» и авест. «даэва» — злой дух, разрушительная сила (ср. груз. дэв).
Первоначальные общество и культура иранцев носит, в отличие от индийских, ярко выраженный марсианский характер (поклонение огню, завоевательные войны, не прекращавшиеся в течение столетий, «культ» личности вместо отказа от нее и т.п., наконец, Лев с саблей и Солнце в гербе современного Ирана), поэтому отличий между ними довольно много. Не рассматривая их во всех подробностях, отметим две идеи, важных не только в догматическом, но в большой мере и в философском плане; возможно, они были восприняты иранцами у соседних семитских или даже более отдаленных восточно-африканских племен: это идея чистилища и идея благодати.
Не утверждая, что обе эти идеи проникли в Иран именно из Африки, все же напомню о весьма распространенной гипотезе происхождения всех человеческих рас именно с африканского континента (а с учетом теории Семи рас — с «черного» континента Гондваны), а также процитирую иранского писателя Голамхосейна Саэди: «Культура суахили больше, чем любая другая, оказала влияние на обычаи и традиции населения южного побережья Ирана» — цит. по: Жуков А.А. Культура, язык и литература суахили. Л., ЛГУ, 1983.
Чистилище, авест. чинвад (Chinvad), Чинвато-Пэрэру, поздн.
Серат: волшебный мост, плоский и узкий, как меч. Пройти через него могут лишь те, кто был праведен и верно служил Богу. Когда на мост вступает грешник, он поворачивается, превращаясь в острие.
Чистилище (лат. Purgatorium): в позднейших монотеистич. мифологиях — место, промежуточное между раем и адом, «первая инстанция», где души усопших предстают перед судом, оценивающим их земные дела. Зачатки понятия ч. имелись уже у древних народов (см. Элисийские поля, Бардо, Бифрёст). Развитие понятие п. получило в эпоху Рыб: мост Чинвад у зороастрийцев, пропускающий лишь праведников, от них — представление о «мосте толщиной в волос» у мусульман (сам человек пройти по нему не может, его должен перевезти тот верблюд, баран или осел, которого он при жизни пожертвовал Аллаху), римско-катол. представление